Сражение в филиппинском море

Морская битва за Филиппины разыгралась в осенние дни 1944 года.

Накопив преимущество в силах, американцы переходили, наконец, от медленных и нерешительных действий на Тихом океане к большому морскому наступлению. Весь сентябрь и в начале октября бомбардировщики американских авианосцев атаковали японские аэродромы и береговые базы на отдаленных и ближних островах - "соседях" Филиппин, а американские линейные корабли наносили удары своей артиллерией по береговой обороне и стоянкам японского флота.

Сражение в филиппинском море
Содержание
  1. 3.2. Сражение у Марианских островов (битва в Филиппинском море) 19-20 июня 1944 года
  2. Общие данные
  3. Ход сражения
  4. Результаты
  5. Анализ

А тем временем все ближе и ближе к Филиппинам придвигались соединения американского флота. Наконец наступил день 20 октября. Вслед за передовыми эскадрами прикрытия к восточному побережью острова Лейте (в центре Филлипин) приблизились многочисленные эскортные авианосцы и другие конвойные корабли, сопровождавшие транспортные суда с десантными частями американской армии.

Через несколько часов в громе артиллерийских залпов и бомбардировки с воздуха началась высадка американских войск на остров Лейте. Чтобы помешать японскому флоту приблизиться к месту высадки и напасть на авианосцы американцев - их главную силу, на западных морских подступах к Филиппинам заняли позиции американские подводные лодки.

Они выслеживали, не покажутся ли где-либо с запада - в море Борнео или в Южно-Китайском море - японские надводные корабли, не направятся ли они к острову Лейте.

21 и 22 октября подводные разведчики передали по радио тревожное сообщение: от Сингапура на северо-восток быстро направляются сильные соединения японского флота.
Одно за другим приходят донесения от подводных лодок. Подводные лодки атаковали противника, два японских тяжелых крейсера идут ко дну, третий сильно поврежден. Эти первые удары не останавливают японцев. Они настойчиво продолжают свой путь к берегам островов Лейте и Самар, где сосредоточены суда американского десанта и прикрывающие их боевые корабли.

Готовясь к бою, сильные соединения 3-го американского флота занимают позиции к востоку от Лейте, у острова Самар. в том районе, где межостровные проливы Сурпгао и Сан-Бернардино выходят из лабиринта Филиппинских островов на восток, в Тихий океан. Здесь сильные боевые корабли прикрывают продолжающуюся высадку, защищают свои авианосцы и конвойные корабли десанта, здесь же они ждут противника.

Филиппинская операция вооружённых сил США

А над Филиппинами, над голубыми просторами внутренних морей архипелага в помощь дозорным подводным лодкам висят самолеты-разведчики, выслеживают, куда направились дальше замеченные подводниками японские корабли, не приближаются ли новые соединения противника. 23 октября воздушные разведчики обнаружили две неприятельские эскадры - те же, что были накануне замечены подводными лодками.

Одна из них - 5 линейных кораблей, 8 крейсеров, 13 эсминцев -двигалась на восток через внутреннее море Си-буйян к проливу Сан-Бернардино. Другая- 2 линейных корабля, 2 тяжелых и 2 легких крейсера, 8 эсминцев - пересекала другое внутреннее море - Зулу - и тоже направлялась на восток, к проливу Суригао.

Обе эскадры должны были по ртам, проливам выйти на фланги американских сил,.. ударить по кораблям прикрытия, прорваться к авианосцам десанта и уничтожить их. Но как только радио принесло от воздушных разведчиков указание, где, какие и сколько неприятельских кораблей приближается к проливам, навстречу с многочисленных американских авианосцев вылетели истребители, пикирующие бомбардировщики, самолеты-торпедоносцы.

Их удары должны были заставить противника отказаться от выполнения боевой задачи или настолько ослабить японские корабли, что задача оказалась бы для них непосильной.

Филиппинская операция вооружённых сил США

Силами своей авиации американцы атаковали японцев в море Сибуйян. По американским сообщениям, почти все корабли противника были при этом или потоплены, или повреждены, и скоро на флагманском корабле, взвился сигнал отхода - японские корабли якобы отступили, ушли на -запад.
В это же время американские самолеты атаковали японцев в море Зулу и там тоже будто бы повредили все основные боевые единицы противника.

Филиппинская операция вооружённых сил США

На самом деле все эти сообщения оказались сильно преувеличенными. Обе японские эскадры сохранили боеспособность и продолжали свой прорыв на восток через проливы, в чем очень скоро самим американцам пришлось убедиться. Пока самолеты американских авианосцев сосредоточили свои основные силы против двух приближавшихся эскадр противника, японская островная авиация, в свою очередь, обрушилась на корабли десанта, на авианосцы.

И тогда американцы заметили, что одно соединение японских самолетов прилетает откуда-то с севера и, по всем признакам, не с сухопутного аэродрома, а с авианосцев. Значит, возможно, что с севера приближается третья эскадра противника. Немедленно самолеты-разведчики вылетели на север. Скоро воздушная разведка обнаружила в 200 милях от северной оконечности острова Лусон большую японскую эскадру, которая полным ходом направлялась к месту будущего боя.

2 линейных корабля, 5 крейсеров и 6 эсминцев сопровождали 1 крупный и 3 легких авианосца. Эта новая сила, идущая с севера во фланг американскому флоту, могла оказаться очень опасным противником.

Угроза была так велика, что американцам пришлось оставить свой десантный флот без достаточной защиты и бросить большие силы навстречу новому противнику, с тем чтобы встретить неприятеля далеко на подходе к театру будущего сражения и не пропустить его к острову Лейте. В тот же день - 23 октября - на север двинулось несколько групп американских авианосцев с кораблями охранения.

Тем временем еще ночью 23 октября японская эскадра, что шла через море Зулу, прорвалась через море Минданао и пролив Суригао и утром того же дня вступила в бой с американскими кораблями. Эта эскадра была задержана боем и не пропущена к островам Лейте и Самар.

Но в ночь на 24 октября другая японская эскадра, которая, по американским сообщениям, была разбита в море Сибуйян и будто удалилась на запад, все же прошла через пролив Сан-Бернардино и утром атаковала американские корабли у острова Самар. Американской десантной армаде пришлось спешно отступать, уходить на восток, в открытый океан. Самолеты, взлетевшие с малых конвойных авианосцев, пытались задержать преследующие японские корабли.

Но это не помогало, и вот-вот весь американский десантный флот с охранявшими его конвойными кораблями должен был погибнуть. В этот критический момент американцев выручил счастливый случай, который неожиданно пришел им на помощь. Плохое качество японской разведки и явно невысокая боевая подготовка корабельной авиации позволили американской эскадре, ушедшей на север, внезапно напасть на приближающегося противника на рассвете 24 октября.

Самолеты авианосцев взлетели, нависли над застигнутыми врасплох японскими кораблями И ударами бомб и торпед причинили им столь серьезные повреждения, что они повернули на север и направились к Японии. Получилось так, что вместо задержки на севере для более или менее длительных боевых встреч с противником американские корабли неожиданно быстро освободились и могли вернуться раньше срока к своему десантному флоту.

Поэтому американцы и не преследовали японцев, а полным ходом направились к острову Самар и подоспели вовремя, чтобы спасти от уничтожения свои десантные суда.

Филиппинская операция вооружённых сил США

Теперь "заговорили" орудия главного калибра линейных кораблей. До этого атаку предпринимали лишь воздушные авангарды флотов. Эти атаки отражались зенитными орудиями кораблей. Еще не было артиллерийского боя между главными силами флотов. Но вот противники сблизились на дистанцию действительного огня. К бомбам пикировщиков, к торпедам самолетов-торпедоносцев и подводных лодок присоединились могучие удары главных башен линейных кораблей и крейсеров.

И тогда наступила решительная схватка. Два дня - 23 и 24 октября - ожесточение вела бой японская эскадра, прошедшая через море Зулу. К вечеру 24 октября все корабли этой эскадры были потоплены или повреждены. Ее остатки устремились на запад через пролив Сан-Бернардино. Вторая эскадра, из моря Сибуйян, вступила в бой утром 24 октября и к вечеру тоже была разбита подоспевшими с севера и юга американскими кораблями.

Большинство японских кораблей получило серьезные повреждения, один крейсер был потоплен, один эсминец выведен из строя. К вечеру и эта эскадра отступила на запад через тот же пролив Сан-Бернардино. Американцы продолжали преследовать противника и в 2 часа ночи, в непроглядной темноте, потопили артиллерийским огнем японский крейсер. Новейшие способы точной наводки орудий на цель, скрывающуюся во мраке ночи, помогли им добиться этого успеха.

Обе отступившие японские эскадры оказались в море Сибуйян. Здесь их снова атаковали самолеты американских авианосцев и береговых аэродромов. Остатки разбитого японского флота скрылись в лабиринте Филиппин.

Филиппинская операция вооружённых сил США

Так окончилось сражение за Филиппины. Оно было самым крупным столкновением на море за все время второй мировой войны. Со стороны японцев в нем участвовало 9 линейных кораблей, 19 крейсеров, 4 авианосца и 27 эсминцев. Пока еще неизвестно, какие и сколько американских боевых кораблей участвовало в этом сражении. Известно только, что американцы имели большое преимущество в авианосцах и что в решительном сражении участвовало много линейных кораблей.

Японцы потеряли 2 линейных корабля, 4 авианосца, 4 тяжелых - и 3 легких крейсера, з корабля - "лидера" эсминцев, 6 эсминцев. По американским сообщениям, потери американцев якобы свелись к 1 авианосцу, 2 конвойным авианосцам, 3 эсминцам и еще нескольким мелким кораблям. Общие же потери обеих сторон намного больше потерь в Ютландском бою, в котором участвовало гораздо больше линейных кораблей.

Филиппинская операция вооружённых сил США

Сражение за Филиппины - второй и самый крупный морской бой второй мировой войны, в котором участвовали орудия главного калибра (первый - сражение при Гвадалканале 13-15 ноября 1942 года). В других больших морских сражениях линейные корабли даже не вступали в бой. Исход решался действиями авианосцев.

Но если бы не было линейных кораблей, обеспечивающих эти действия, если бы они не защищали свои авианосцы от нападения таких же мощных и других кораблей противника, все сражение протекало бы по-другому: как только надводные боевые корабли прорвались бы к авианосцам, они легко нанесли бы им поражение.

Высшее военное руководство Японии, ясно понимавшее значение Марианских островов, приказало, чтобы в их обороне участвовал весь флот. К тому времени уже было признано, что авианосцы являются его главнейшим звеном. Командующим надводным флотом был назначен вице-адмирал Джисабуро Одзава, имевший опыт командования авианосными соединениями. После гибели в авиакатастрофе адмирала Коги главнокомандующим Объединенного флота стал адмирал Соёму Тойода.

Одзава, поднявший свой флаг на новом авианосце "Тайхо" (31 тыс. т), получил под командование и заслуженных ветеранов - авианосцы "Сёкаку" и "Зуикаку" - и шесть оставшихся авианосцев и эскортных авианосцев, на которых было 430 самолетов против 890 самолетов на американских авианосцах. Японский флот включал также 6 линкоров, 9 крейсеров и свыше 30 эсминцев.

За несколько недель до начала операции у японцев сложилось мнение, что удар будет нанесен значительно южнее. Этим объясняются их попытки усилить Биак авиацией. В этот период на задании в разных районах бескрайнего океана находилось примерно 25 японских подлодок. Часть из них доставляла продукты и медикаменты блокированным островным гарнизонам; остальные образовали завесу для перехвата американских кораблей.

Эта попытка оказалась неудачной - американские эсминцы и палубная авиация потопили 17 японских лодок. Один американский эсминец, переведенный в разряд эскортных кораблей, показал, чего стоят усовершенствованные способы поиска подлодок, потопив в течение 12 дней шесть японских субмарин. Этот эсминец и другие корабли его группы фактически полностью уничтожили всю линию завесы.

В свою очередь, американские лодки потопили три танкера и четыре эсминца японского флота. Большие потери в танкерах, вызванные главным образом действиями американских подлодок, нарушили снабжение японского флота горючим, и теперь корабли были вынуждены держаться вблизи нефтяных месторождений на Борнео.

13 июня 1944 г. японский флот снялся с якоря. Авианосные соединения двинулись на восток через пролив Сан-Бернардино на Филиппинах и 15 июня соединились с оперативной группой, предназначенной для действий у Биака. Одзава знал, что американский авианосный флот прикрывал высадку десанта на остров Сайпан.

Он надеялся сразиться с ним, уравняв численный перевес американцев в авиации за счет самолетов наземного базирования с Марианских островов и острова Яп, и собирался использовать аэродромы на этих островах для дозаправки и подготовки к вылету своей палубной авиации.

Главнейшей проблемой для Одзавы был низкий уровень подготовки новых летчиков палубных самолетов, а нехватка топлива была настолько острой, что даже за несколько недель до сражения оказалось невозможным организовать тренировочные полеты.

Ситуация чем-то была похожа на обстановку в Западной Европе, где сражение в Нормандии должно было окончиться для союзников или победой, или катастрофой. Так и разворачивавшееся в Тихом океане сражение было последним большим шансом на достижение морской победы.

18 и 19 июня противодействующие флоты осторожно приближались друг к другу. Японцы, которые теперь придавали большее значение тщательной разведке, первыми разобрались в обстановке. Тщательно обдумав сложившуюся ситуацию, командующий американским флотом адмирал Раймонд Э. Спрюэнс воздержался от сближения с японским флотом, потому что не имел точных данных о его местонахождении, и опасался, что к Марианским островам могут подойти новые японские силы.

Для него было важнее обеспечить безопасность своих десантных сил, которые в то время штурмовали Сайпан, чем дать возможность добиться победы над японским флотом.

Утром 19 июня авиация Одзавы четырьмя мощными волнами атаковала американские авианосцы. Американцы, имевшие эффективные радиолокационные приборы, обнаружили японские самолеты на расстоянии 150 миль и выслали навстречу превосходящие силы истребителей, которые расправились с ними настолько эффективно, что только некоторые из них сумели пробиться к кораблям и нанести незначительные повреждения некоторым из них.

Всего было сбито более 300 японских самолетов, в то время как американская авиация понесла сравнительно малые потери. Несомненно, что это было следствием слабой подготовки летных экипажей японцев и отсутствия бронирования и противопожарного оборудования на японских самолетах.

В самом начале боя японские авианосцы оказались в зоне действия двух американских подводных лодок, и авианосец "Тайхо" был поврежден торпедой. Благодаря удачной конструкции он остался в строю, но утечка горючего из поврежденных танков привела к насыщению парами бензина внутренних помещений корабля. Никаких мер, чтобы исправить положение, предпринято не было.

Шесть часов спустя сильный взрыв разорвал борта, поднял вверх бронированную палубу и в течение нескольких секунд превратил авианосец в пылающую груду металла. Одзава и его штаб перешли на крейсер. Тем временем вторая американская субмарина тремя торпедами тяжело повредила другой японский авианосец, "Сёкаку", и он затонул через несколько часов.

Слабая авиаразведка привела к тому, что американские корабли, направившись на запад, получили точные данные о местонахождении противника лишь после полудня 20 июня. Японцы потеряли целое утро на перевод командующего эскадрой со штабом на "Зуикаку" и, также не имея информации о противнике, переоценили его потери.

Именно в это время, то есть со значительным запозданием, Одзава наконец обнаружил, что у него осталось только 100 самолетов, пригодных для боевых действий. С Марианских островов ему не сумели сообщить о том, что их авиация фактически уничтожена. Одзава все еще рассчитывал повторить атаку на следующий день.

К концу дня американцы с расстояния в 300 миль предприняли массированный удар, подняв в воздух 216 самолетов, которым Одзава мог противопоставить не более 75. Японский вспомогательный авианосец "Хийо" был потоплен двумя торпедами, а в "Зуикаку" попало несколько бомб, вызвавших такой сильный пожар, что даже был отдан приказ покинуть судно, но в последний момент с пожаром удалось справиться. Были повреждены и другие корабли, но не так серьезно.

Американцы потеряли 20, а японцы - 65 самолетов. Одзава принял решение выйти из боя и уйти в свои базы.

При возвращении на свои авианосцы 80 американским самолетам пришлось садиться на воду, поскольку из-за большой дальности им не хватило топлива, а часть самолетов разбилась во время ночных посадок на авианосцы, поскольку летчики не имели опыта действий в таких условиях. Но спасательная служба американцев действовала настолько эффективно, что погибли только 49 человек из 209 членов экипажей 100 потерянных самолетов. Американцы не уничтожили флот противника, но нанесли такой тяжелый урон японским авианосным силам, что те оказались небоеспособными в течение по крайней мере шести месяцев.

Чуть позже американцы высадились на островах Тиниан и Гуам, которые они заняли после упорных боев. Гуам был сразу же превращен в крупную военную базу и сыграл решающую роль в заключительных операциях на Тихом океане.

Боевая деятельность японских тяжелых крейсеров в ходе войны на Тихом океане отличалась необычайно широким диапазоном решаемых с их помощью задач. Вряд ли какие-нибудь другие корабли Императорского японского, да и любого другого, флота участвовали в таком же большом количестве операций, часто заканчивающихся ожесточенными схватками.

Трудно даже себе представить, насколько менее интересной для современного читателя была бы история второй мировой войны на море, если в ней не рассматривать события, так или иначе связанные с японскими тяжелыми крейсерами.

Созданные и прекрасно подготовленные для надводного морского боя, они вполне оправдали вложенные в них средства и усилия, оказавшись бессильными только против стремительно набиравших мощь в ходе войны палубной авиации и подводных лодок, которые и по сей день остаются, пожалуй, самым эффективным морским тактическим оружием, которое в свое время подписало приговор всем крупным артиллерийским кораблям.

3.2. Сражение у Марианских островов (битва в Филиппинском море) 19-20 июня 1944 года

Разделы этой страницы

3.2.1, Планы сторон и состав сил

После серии удачных десантных операций американцы нацелились на Марианские острова - один из ключевых пунктов внутреннего периметра японской обороны. Оттуда их дальние бомбардировщики уже могли бы доставать не только все Филиппины, но и острова японской метрополии. Начать было решено с островов Сайпан и Тиниан - одних из самых крупных и находившихся рядом друг с другом.

Как и в предыдущих десантных операциях первый удар наносила палубная авиация: по аэродромам, портам и сооружениям противника в районе будущей высадки. Затем в дело вступала артиллерия тяжелых кораблей и только потом высаживался десант.

Линкоры и крейсера, а также самолеты эскортных авианосцев продолжали оказывать войскам непосредственную поддержку, а ударные авианосцы занимались атакой тех баз противника, откуда он мог выслать подкрепления или нанести удар по местам высадки и линиям подвоза снабжения.

В соответствии с этим 5-й Флот США организационно делился на силы вторжения (десантные суда и транспорты с эскортом и вспомогательными кораблями), силы поддержки (старые линкоры, эскортные авианосцы, крейсера, эсминцы) и силы прикрытия (ударное соединение из авианосцев, быстроходных линкоров, крейсеров и эсминцев).

В роли последнего выступало соединение TF58 вице- адмирала Марка Митшера (флаг на авианосце "Лексингтон"), при проведении операции "Форэйджер" (захват Марианских островов) разбитое на 5 оперативных групп: TG58.1 контр-адмирала Дж. Кларка (авианосцы "Хорнет", "Йорктаун", "Белью Вуд", "Батаан", 3 тяжелых, 2 легких крейсера, 14 эсминцев), TG58.2 контр-адмирала Э.

Монтгомери (авианосцы "Банкер Хилл", "Уосп", "Монтерей", "Кэбот", 3 легких крейсера, 12 эсминцев), TG58.3 контр-адмирала Дж. Ривза (авианосцы "Энтерпрайз", "Лексингтон", "Сан Джасинто", "Принстон", 1 тяжелый и 4 легких крейсера, 13 эсминцев), TG58.4 контр-адмирала У. Хэррилла (авианосцы "Эссекс", "Лэнгли", "Коупенс", 4 легких крейсера, 14 эсминцев) и TG58.7 вице-адмирала У. Ли (7 быстроходных линкоров, 4 тяжелых крейсера и 13 эсминцев).

11 июня 208 истребителей и 8 торпедоносцев атаковали базы и аэродромы на Сайпане и Тиниане. На следующий день самолеты авианосцев группы TG58.4 разгромили вышедший с Сайпана конвой, отправив на дно 10 из 16 транспортов, миноносец "Отори", 3 охотника и несколько мелких судов. Утром 13-го 7 новых линкоров начали обстрел Сайпана и Тиниана из 406-мм орудий, а на следующий день их сменили 7 старых линкоров, крейсера и эсминцы сил поддержки 7-го Флота, 15 июня первая волна десанта высадилась на Сайпане.

Еще в сентябре 1943 года императорская штаб- квартира приняла "Новую операционную политику", согласно которой следовало "одним ударом" всех надводных кораблей уничтожить флот США на Тихом океане. Но 1 марта 1944 года с запоздалым признанием того факта, что авианосцы стали "№ 1" в войне на море вместо линкоров, японские морские силы были подвергнуты реорганизации.

В образованный Первый Мобильный Флот (Дай Ичи Кидо Кантай) были включены практически все надводные корабли Объединенного Флота, кроме находившихся в распоряжении местных командований. 3 мая начальник МГШ адмирал Симада приказал главнокомандующему Объединенным Флотом Соему Тойоде начать операцию по втягиванию противника в генеральное сражение в районе, лежащем как можно ближе к местам базирования Мобильного Флота.

Последнее обстоятельство объяснялось трудностями в снабжении большого количества кораблей топливом, поскольку американские подлодки уже перетопили большинство танкеров.

Основные силы Мобильного Флота, включая 1-ю дивизию авианосцев в составе новейшего "Тайхо", "Сёкаку" и "Дзуйкаку", собрались на рейде Линга Роудз к югу от Сингапура, где в течение двух месяцев проводили учения и тренировки. Двумя группами 11 и 12 мая корабли вышли в Тави-Тави - базу на самом западном острове архипелага Сулу.

Остальная часть Мобильного Флота - 2-я дивизия контр-адмирала Дзосимы ("Дзуньо", "Хийо", "Рюйхо") и 3-я дивизия контр- адмирала Обаяси ("Читосе", "Чиода", "Дзуйхо"), которые тренировали свои авиагруппы в западной части Японии, вышли 11 мая из Внутреннего моря в сопровождении линкора "Мусаси". После заправки эсминцев топливом на Окинаве 12-го эти корабли 16-го также прибыли в Тави-Тави.

По плану следовало завлечь американский флот южнее линии, соединяющей острова Уолеай, Яп, Палау. В случае атаки противником Марианских островов сражение откладывалось, а основной удар возлагался на базовую авиацию, способную по мнению японских авторитетов перетопить большую часть американских кораблей.

Но в течение мая челночные рейсы танкеров в Тави-Тави позволили загрузить топливом все находившиеся там корабли, и японцы получили возможность вести бой в районе Марианских островов. Всего в этой базе сосредоточились 9 авианосцев, 5 линкоров, 11 тяжелых и 2 легких крейсера, около 30 эсминцев.

О стоянке японского флота в Тави-Тави быстро стало известно американцам, которые организовали у базы патрулирование своих подводных лодок. Ночью 14 мая подлодка "Боунфиш" атаковала один из "топливных" конвоев (3 танкера и 3 эсминца) и потопила эсминец "Инадзума". 22 мая лодка "Паффер" атаковала авианосец "Читосе" (обе торпеды прошли мимо), а двумя днями позже "Гёрнард" потопила танкер "Татекава Мару".

5 июня "Паффер" потопила 2 танкера, а 6-го, 7-го и 9-го "Хардер" - эсминцы "Минадзуки", "Хаянами" и пытавшегося ее атаковать "Таникадзе". Все еще не имевшие ни малейшего понятия о месте следующего десанта американцев, Тойода и Одзава поняли, что стоянка в Тави-Тави становится очень опасной. Но все сомнения разрешились 11 июня.

3.2.2. Развертывание флотов

Мобильный Флот вышел в море 13 июня, о чем подлодка "Редфин" тут же донесла Спрюэнсу. В первые же часы произошло событие, которое многие японцы посчитали плохим предзнаменованием. Неопытный пилот торпедоносца во время посадки на флагманский "Тайхо" столкнулся с другим самолетом, вызвав сильный пожар. При этом погибло 6 машин: по два истребителя "Зеке", пикировщика "Джуди" и торпедоносца "Джилл".

Наряду с потерей 4 эсминцев и 3 танкеров это было неплохим началом для генерального сражения. Тем не менее, корабли продолжили движение на север и 15 июня в проливе Гимарас (между островами Негрос и Панай) заправились топливом. Тем временем соединение Угаки, задействованное в операции "KON", вышло из Батджена и шло к точке рандеву, обходя остров Минданао с востока. Из базы Давао на этом острове вышло соединение снабжения (4 танкера и 4 эсминца).

Рандеву было назначено на 16 июня. Все соединения шли за пределами радиуса действия базовой разведывательной авиации американцев с острова Манус.

В 08 55 15 июня с флагманского крейсера "Ойодо", стоявшего во Внутреннем море, адмирал Тойода сообщил всем флагманам и командирам: "Утром 15-го сильное вражеское соединение начало высадку в районе Сайпан-Тиниан. Объединенный Флот атакует врага в районе Марианских островов и уничтожит соединение вторжения. Начинайте операцию "A Go" для решающей битвы".

Перед Цусимским сражением адмирал Того поднял флоту сигнал: "Судьба Империи зависит от одной этой битвы. Ожидаю, что каждый сделает все, что в его силах". Те же слова повторил после приказа Тойоды и Одзава, когда вышел с якорной стоянки в проливе Гимарас.

Главные силы пересекли внутренние воды Филиппинского архипелага и через узкий пролив Сан-Бернардино вышли в Филиппинское море, где сразу были обнаружены подлодкой "Флайинг Фиш" (в 18 35 1 5- го). За ними следовало второе соединение снабжения из 2 танкеров и 2 эсминцев, которое в открытом море пошло севернее основного курса. Линейное соединение Угаки в 10 00 16 июня встретилось с соединением снабжения из Давао, которое уже понесло первую потерю.

Ночью 14-го эсминец "Сирацую", уклоняясь от несуществующей торпеды, подлез под форштевень танкера "Сейо Мару" и быстро затонул. После дозаправки Угаки присоединился к Одзаве в 16 50. До вечера 17-го корабли Одзавы заполняли топливные цистерны, затем все 6 танкеров ушли курсом NE к месту следующей заправки. В 21 15 17-го подлодка "Кавалла" заметила огромный японский флот, но смогла насчитать только 15 кораблей, о чем и донесла командованию.

Одзава же получил данные разведки о диспозиции американских сил у Марианских островов. Он узнал, что две авианосные оперативные группы ушли на север для атаки островов Чичидзима и Иводзима 15-го и 16-го, а остальные две заправляются {4} топливом; что десант прикрывается эскортными авианосцами и подходят новые транспорты для высадки на Гуам.

Одзава был уверен, что флот Спрюэнса не будет его атаковать, а останется у Марианских островов для защиты десанта. К тому же он считал, что часть авианосцев Митшера 18 июня нанесет удар по островам Яп и Палау. Получив последние разведданные из императорской ставки, Одзава в первом часу 18 июня отдал приказ о начале битвы.

Проигрывая соединению Митшера по всем классам кораблей, кроме тяжелых крейсеров, Одзава надеялся на помощь базовой авиации, большую дальность действия своих самолетов и специфическое построение своих сил.

К июню японцы сосредоточили 540 самолетов на аэродромах в пределах досягаемости Марианских островов (134 на Палау, по 67 на Труке и Тиниане, 70 на Гуаме, 35 на Сайпане и т.д). Но разбросанные по многим базам они вряд ли могли уравновесить преимущество американцев в палубной авиации (440 самолетов у Одзавы и 891 у Митшера, бортовые гидросамолеты 43 против 65). К тому же большинство японских летчиков были плохо обучены.

Что касается дальности палубных самолетов, то японцы могли вести разведку на 560 миль, а Митшер только на 350; ударные японские самолеты могли атаковать на 300 миль, американские только до 200. К тому же Одзава постоянно получал через Токио информацию от базовых самолетов-разведчиков, тогда как имеющиеся у американцев сообщения подлодок не давали полной картины действий противника.

Одзава построил свои силы следующим образом.

Авангардное соединение вице-адмирала Куриты состояло из трех легких авианосцев 3-й дивизии контр- адмирала Суео Обаяси с мощным охранением из 1-й ("Ямато" под флагом вице-адмирала Угаки и "Мусаси") и 2-й ("Харуна" под флагом вице-адмирала Йосио Судзуки и "Конго") эскадр линкоров, 4-й ("Атаго" под флагом Куриты, "Такао", "Майя", "Тёкай") и 7-й ("Кумано" под флагом контр-адмирала Сираиси, "Судзуя", "Тоне", "Тикума") эскадр крейсеров и 2-й флотилии эсминцев (крейсер "Носиро" под флагом контр-адмирала Микио Хаякавы и 8 эсминцев).

Соединение "А" группировалось вокруг трех тяжелых авианосцев 1-й дивизии (флаг Одзавы на "Тайхо") и включало 5-ю эскадру контр-адмирала Синтаро Хасимото ("Миоко", "Хагуро") и 10-ю флотилию контр-адмирала Сусуми Кимуры (крейсер "Яхаги", 7 эсминцев). В Соединение "В" входила 2-я дивизия авианосцев контр- адмирала Такадзи Дзосимы, линкор "Нагато", тяжелый крейсер "Могами", 4-й (3 эсминца) и 27-й дивизионы (5 эсминцев).

Находящийся в 100 милях впереди двух остальных соединений авангард Куриты должен был нанести первый удар и вызвать на себя атаки основных сил американской палубной авиации (вот для чего было нужно сильное прикрытие). Остальные авианосцы Одзавы, оставаясь вне радиуса действия самолетов противника, в это время атаковали бы основные силы Митшера. Дело планировалось завершить артиллерией линкоров и крейсеров авангарда.

Палубным самолетам после атаки разрешалось садиться на аэродромы Марианских островов. К 04 15 19 июня японские соединения заняли предписанные оперативным планом позиции и стали готовить для старта первую волну из 300 самолетов. Авианосцы авангарда шли строем фронта с кораблями охранения вокруг каждого, а остальные держались в 100 милях сзади тесными группами (строем треугольника).

Такое построение позволяло лучше использовать для разведки и бортовые самолеты линкоров и крейсеров авангарда, но зато авианосцы соединений "А" и "В" оставались без достаточного противолодочного прикрытия. Одзава один занимал три должности, командуя всем Мобильным Флотом, всеми авианосцами и еще самой сильной 1-й дивизией. У американцев эти должности распределялись между Спрюэнсом, Митшером и Ривзом.

3.2.3. Воздушные бои 19 июня

За час до восхода 19 июня, 04 45 Одзава приказал выпустить 16 гидросамолетов "Джейк" с линкоров и крейсеров авангарда, которые к 07 00 достигли предела поиска. На обратном пути один из них в 07 30 обнаружил корабли групп Хэррила (самой слабой по составу авианосцев) и Ли (линейные силы). Вторая группа из 14 бортовых и палубных разведчиков с кораблей авангарда, стартовавшая в 05 15, обнаружила только эсминцы из завесы группы Ли.

На обратном пути ее перехватили разведчики американцев и сбили 7 машин. Из 13 разведчиков третьей (11 пикировщиков "Джуди" с "Сёкаку" и 2 бортовых "джейка" с "Могами") не вернулось трое. Остальные донесли о трех авианосцах далеко на севере и трех на юге (это был ошибочный контакт из-за неисправности компаса на разведчике). Одзава решил атаковать обнаруженные корабли Хэррила и Ли, и в 08 30 с авианосцев 3-й дивизии взмыли в воздух 61 истребитель

"Зеке" (45 из них несли бомбы) и 8 торпедоносцев "Джилл". Радары линкоров контр-адмирала Ли обнаружили их еще за 150 миль до цели. Митшер приказал поднять в воздух самолеты патруля. Еще ничего не зная о положении авианосцев противника, американский командующий 58-м соединением мог использовать для ПВО большинство своих 475 истребителей.

Палубы американских авианосцев освободили для быстрой заправки и вооружения, обеспечивая непрерывную ротацию воздушного патруля. Из 69 самолетов первой волны японцы потеряли 42, из которых 25 сбили истребители еще до выхода на цель.

Атака семи линкоров, идущих в круговом ордере ПВО, успеха ни принесла, если не считать таковым единственное попадание в "Саут Дакоту" (27 убитых, 23 раненых, боеспособность не утрачена) и близкого разрыва у борта крейсера "Миннеаполис".

Соединение "А":

ТАЙХО, СЕКАКУ, ДЗУЙКАКУ, МИОКО, ХАГУРО, ЯХАГИ, 7 эсминцев

Соединение "В":

ДЗУНЬО, ХИЙО, РЮЙХО, НАГАТО, МОГАМИ, 8 эсминцев

Соединение "С":

ЧИТОСЕ, МУСАСИ, АТАГО, ТАКАО, МАЙЯ, 4 эсминца ДЗУЙХО, ЯМАТО, КУМАНО, СУДЗУЯ, ТОНЕ, ТИКУМА, 3 эсминца ЧИОДА, ХАРУНА, КОНГО, ТЕКАЙ, НОСИРО, 4 эсминца

Вторая волна японцев, поднятая с авианосцев 1-й дивизии самого Одзавы в 08 56 и состоявшая из 53 пикировщиков "Джуди", 27 торпедоносцев "Джилл" и 48 истребителей "Зеке", сначала стала свидетелем торпедирования флагманского "Тайхо" подводной лодкой. И хотя один из пилотов, унтер-офицер Сакио Комацу, пожертвовав собой, спикировал на одну из торпед, другая поразила огромный авианосец, только недавно вступивший в строй.

Еще 8 самолетов вернулись из-за неполадок в моторах, а остальные 119 сначала атаковали свой же авангард. Зенитчики Куриты в качестве разминки перед предстоящим боем сбили 2 японских самолета и повредили еще 8, которым также пришлось вернуться. Уменьшенную до 109 машин вторую волну американские радары засекли в И 07 на дистанции 115 миль - вполне достаточно, чтобы выслать навстречу истребители.

А японцы снова напали на самую неудобную цель - линкоры. Только шесть пикировщиков вышли в атаку на авианосцы группы Монтгомери "Уосп" (взрыв бомбы над палубой, 1 убит и 12 ранено) и "Банкер Хилл" (2 близких разрыва: 3 убито, 73 ранено, небольшие пожары). Четыре "джуди" были сбиты зенитным огнем, два совершили посадку на острова Рота и Гуам.

Небольшая группа торпедоносцев также обошла линкоры и атаковала авианосцы группы Ривза, но только один смог выпустить торпеду, взорвавшуюся в кильватерной струе "Энтерпрайза", остальные были сбиты. Всего же из 128 самолетов второй волны японцы потеряли 97.

Третья волна из 47 самолетов (15 "зеке", 25 "зеке" с бомбами", 7 "джиллов"), поднятая между 10 (Ю и 10 15 с авианосцев 2-й дивизии пыталась выйти в атаку с севера, обойдя линкоры. Встретив истребители патруля, японцы еще легко отделались, потеряв только 7 машин. Результат снова был нулевой.

Между 11 00 и 11 30 Одзава поднял в воздух четвертую волну с "Дзуньо", "Хийо", "Рюйхо" и "Дзуйкаку" (30 истребителей, 9 "джуди", 27 устаревших "вэлов", 10 "зеке" с бомбами и 6 "джиллов"), которая пыталась обнаружить не существующую цель далеко на юге. Ничего не обнаружив, группа самолетов 2-й дивизии повернула на аэродром острова Рота, но вдруг наткнулась на авианосцы Монтгомери, занятые приемом самолетов.

Прорвавшиеся через воздушный патруль пикировщики атаковали "Уосп" и "Банкер Хилл", но безуспешно. Группу из 18 самолетов с "Дзуйкаку" рассеяли истребители, но большая часть волны (49 самолетов) противника не нашла и пошла на посадку на остров Гуам. Тридцать из них сбили американские истребители, а остальные при посадке на поврежденный аэродром окончательно вышли из строя.

Дело в том, что пока истребители американского соединения отражали японские налеты, их ударные самолеты уничтожили японскую авиацию на островных аэродромах и повредили все ВПП. К тому же над Гуамом американцы установили постоянный воздушный патруль. Всего из 82 самолетов 4-й волны японцы потеряли 73.

Но не только удачной работой радаров обязаны американцы такому успеху. Им с самого начала удалось настроиться на частоту радиостанции самолета японского координатора воздушных атак, и Митшер заблаговременно узнавал о времени и курсе подлета очередной волны. Он даже запретил своим пилотам сбивать этого японца не только до конца боя, но даже с благодарностью позволил тому удалиться на свой авианосец. Из-за огромных потерь японских самолетов бой 19 июня американцы назвали "Турецкой стрельбой при Марианах" (или в другом переводе "Марианская охота на фазанов").

Не отстали от своих летчиков и американские подводники. Сначала в 09 10 "Альбакор" (коммандер Дж. Блэнчард) умудрилась попасть торпедой из шести выпущенных в идущий 27-узловой скоростью "Тайхо", а в 12 20 "Кавалла" (лейтенант-коммандер Косслер), которая двое суток шла за соединением Одзавы, всадила три торпеды из шести в "Сёкаку", занятый приемом самолетов. "Сёкаку" затонул в 15 01, а через полчаса мощный взрыв разворотил "Тайхо".

На флагмане Одзавы сначала быстро справились с торпедным повреждением, но из-за неопытности офицера службы живучести, не вовремя включившего вентиляцию, по кораблю разнесло пары бензина, что не могло не привести к взрыву. Спасательные шлюпки доставили адмирала, его штаб, флаг и портрет императора на эсминец "Вакацуки", а затем в 17 06 на тяжелый крейсер "Хагуро".

Вскоре авианосец скрылся под водой; из 2150 членов его экипажа спасли только 500. На этот авианосец японцы возлагали большие надежды, поскольку он первым на Тихом океане получил броневую полетную палубу и был лучше других защищен от бомб. Но так уж получилось, что "Тайхо" не удалось проверить себя под атаками авиации. Торпеда с подлодки в самом начале боя, трагическая цепочка случайностей - и всё...

"Хагуро" не был приспособлен к управлению флотом. В основном это касалось средств дальней связи и специальных помещений для работы штаба, собирающего и анализирующего поступающую информацию, На японских авианосцах, несмотря на небольшое число вернувшихся самолетов, уныния не было. Все считали, что они сели на аэродромы Гуама и Роты.

Одзава знал еще меньше, поскольку за ночь потерял из виду даже единственный оставшийся авианосец 1-й дивизии "Дзуйкаку". Не было связи не только с Токио и островными базами, но даже с остальными двумя дивизиями авианосцев. В 18 20 Одзава отдал с "Хагуро" приказ всем кораблям отойти на север. Он надеялся заправиться с танкеров и утром начать новые атаки на деморализованного, как он полагал, противника.

Ведь вернувшиеся пилоты сообщили о четырех потопленных авианосцах, шести окутанных дымом и пожарами и об астрономически большом числе сбитых американских самолетов. "Радио Токио" на всякий случай сообщило об 11 потопленных авианосцах и множестве других кораблей.

3.2.4. Бой 20 июня

В 05 30 с тяжелых крейсеров японского авангарда взлетели 9 гидросамолетов для разведки в юго- восточном направлении. Ничего не обнаружив, они, кроме трех пропавших, вернулись. В 06 45 шесть самолетов послал в разведку контр-адмирал Обаяси. Они встретили только два американских палубных самолета. Вице-адмирал Курита, получивший через Токио сообщения с базовых разведчиков, с трудом связался с Одзавой и посоветовал начать быстрый отход в Японию.

Но Одзава решил придерживаться своего плана: заправиться и на следующий день нанести новый удар. Он хотел передать тактическое командование Курите, пока сам не перейдет на корабль, больше подходящий для функций флагмана флота, чем "Хагуро". Если бы так и произошло, то никакого боя 20 июня не было бы.

Начало заправки слишком затянулось, поскольку корабли долго не могли найти ожидавшие их танкеры (прокладка велась на борту погибшего "Тайхо"), а затем Одзава, перешедший в 13 00 на "Дзуйкаку" вообще ее отменил, поскольку ничего не знал о противнике. Тем временем 58-е соединение полным ходом сокращало дистанцию. Если бы Митшер провел дальнюю авиаразведку, он смог бы еще днем атаковать японцев, бестолково круживших около точки назначенного рандеву с танкерами (первый контакт американцы получили в 15 40).

Перейдя на "Дзуйкаку", Одзава понял, что потерял 330 самолетов, а из сотни оставшихся на авианосцах меньше трех десятков были бомбардировщиками или торпедоносцами. Вице-адмирал Какута, командовавший базовой авиацией, доносил с острова Тиниан, что много палубных самолетов сели на Гуам и Роту (правда, он не сказал, что все они вышли из строя).

Одзава со своей стороны полагал, что силы Какуты увеличились за счет самолетов, перелетевших с Иводзимы, Япа и Трука. Никаких известий об отходе не было и от Тойоды. Так шел час за часом, информации о противнике не было.

В 16 15 крейсер "Атаго" перехватил американское сообщение о том, что японцы обнаружены и Митшер приближается полным ходом, а в 17 15 один из разведчиков, поднятых в 13 00 с "Читосе" и "Дзуйхо", обнаружил часть американского соединения. Одзава приказал отходить на 24 узлах курсом NW. Но было слишком поздно.

В 16 21 американцы начали старт ударной волны из 85 истребителей, 77 пикировщиков и 54 торпедоносцев. Хотя японцы были довольно далеко (истребителям пришлось подвесить дополнительные баки) и обратно самолеты возвращались бы в темноте, Митшер рискнул. И риск оправдал себя.

Против приближающейся армады Одзава смог поднять всего 35 истребителей, да и то слишком близко от своих кораблей. Американцы сначала нагнали группу снабжения и тяжело повредили танкеры "Геньо Мару" и "Сейо Мару", которые вечером были оставлены экипажем и добиты эсминцами сопровождения. Затем самолеты атаковали авианосцы 2-й дивизии, прикрываемые только "Нагато", "Могами" и 8 эсминцами.

Несмотря на мощный зенитный огонь бомбардировщики повредили "Дзуньо", а торпедоносцы потопили "Хийо". Сильные повреждения получил и "Дзуйкаку", прикрываемый "Миоко", "Хагуро" и 7 эсминцами и не имевший ни одного истребителя. Не обошли американцы вниманием и авангардную группу Куриты, повредив авианосец "Чиода" (бомба в кормовую часть полетной. палубы), линкор "Харуна" (прямое попадание, пришлось затопить погреба) и крейсер "Майя".

Повреждения крейсера "Майя"

Торпедоносцы TBF "Эвенджер" из состава оперативной группы TF58.2 контр-адмирала Монтгомери, из- за большой дальности полета до цели вооруженные вместо торпед 227-кг бомбами, атаковали крейсер с нескольких сторон. Близкие разрывы бомб у левого борта вызвали повреждения обшивки и несколько пожаров в торпедном отсеке.

В ходе этих атак американцы потеряли всего 20 самолетов и еще 80 погибли при ночном возвращении и посадке на свои авианосцы, хотя большинство пилотов и членов их экипажей удалось спасти. К исходу дня из 100 палубных самолетов у Одзавы осталось только 35, а из 27 бортовых гидросамолетов - 15. Несмотря на ощутимые потери, Одзава все еще не признавал себя побежденным.

В 19 00, тотчас после окончания воздушных атак, он приказал кораблям Куриты вместе с 2 тяжелыми крейсерами 5-й эскадры и флотилией эсминцев произвести контратаку, навязав противнику ночной бой. Но положение американцев оставалось неизвестным и в 20 46 был получен приказ Тойоды на отход. В 22 05 Курита повернул на соединение с главными силами.

Американцы также не были удовлетворены результатами боя, считая, что упускают прекрасный шанс расправиться с японским флотом раз и навсегда. Митшер предлагал бросить в погоню оперативную группу вице- адмирала Ли, но Спрюэнс это предложение отменил как неосуществимое.

В это время Мобильный Флот находился уже в 300 милях от Окинавы. Одзава обратился к Тойоде с прошением об отставке, но тот после консультации с морским министром ее не принял. Днем 22 июня Мобильный Флот бросил якоря в бухте Накагасуку на Окинаве. Четыре из шести уцелевших авианосцев вместе с линкором "Харуна" и крейсером "Майя" ушли на ремонт. Остальные корабли 24-го стали на якоря в Хасирской бухте.

Битва при Марианских островах

ТВД Тихий океан
Место Филиппинское море
Период Вторая Мировая война
Характер сражения Крупное сражение
Дата 19 июня - 20 июня 1944
Итог Абсолютная победа Соединённых Штатов

Противники

Командующие силами сторон

Силы сторон

Битва при Марианских островах (20 июня 1944 года), она же Битва в Филиппинском море - морское сражение между флотами США и Японии. Техническое несовершенство японских самолётов и низкий уровень подготовки экипажей привели к полному разгрому японского флота и огромным потерям в самолётах, восполнить которые Японии уже не удалось.

Калькулятор наценки и маржиЦена продажи по наценке или марже, пересчёт наценки в маржу и обратно.
Открыть калькулятор

Общие данные

11 июня 1944 года авианосное соединение американского флота начало бомбардировку Марианских островов, которые защищал 1-й Воздушный флот под командованием вице-адмирала Какута Какудзи (всего 1000 самолётов). С первых дней японская авиация понесла тяжелые потери. За неделю между 11 и 18 июня авиация США полностью разгромила базовую авиацию адмирала Какуды, летчикам которой не хватало опыта для оказания серьёзного сопротивления.

1-я дивизия авианосцев (Соединение "А"), которой командовал лично Одзава, состояла из трех авианосцев, на борту которых находилось 81 истребитель Mitsubishi A6M Zero, 90 самолетов Yokosuka D4Y Suisei (9 в варианте разведчиков и 81 пикировщик) и 54 горизонтальных бомбардировщика Nakajima B6N Tenzan. Каждый авианосец нёс примерно треть вышеперечисленных самолётов.

2-я дивизия авианосцев (Соединение "В") под командованием контр-адмирала Дзоодзима Такэдзи состояла из трех авианосцев, на борту которых базировались: 81 истребитель Mitsubishi A6M Zero, 27 пикировщиков Aichi D3A Val, 9 пикировщиков Yokosuka D4Y Suisei, 27 бомбардировщиков Nakajima B6N Tenzan.

3-я дивизия под командованием контр-адмирала Обаяси Суэо (входила в Соединение "С", командир - адмирал Курита) состояла из трех авианосцев, которые несли: 36 истребителей Mitsubishi A6M Zero, 6 бомбардировщиков Nakajima B6N Tenzan, 12 торпедоносцев Nakajima B5N Kate.

13 июня первый мобильный флот вице-адмирала Одзавы вышел из бухты Тави-Тави (острова Сулу). Когда корабли покидали якорную стоянку, на флагманском авианосце Taiho был поднят тот же сигнал, что и на броненосце Mikasa перед Цусимским сражением: "Судьба империи решается в этой битве. Ждем, что каждый сделает все возможное". В этот же день японские авианосцы были обнаружены в море американской подводной лодкой Redfish.

Командующий 7-м флотом США адмирал Рэймонд Спрюэнс узнал об этом незамедлительно. Перехватить противника должно было 58-е оперативное соединение вице-адмирала Марка Митчера. По данным японской разведки, американцы располагали четырьмя авианосными группами, насчитывавшими 12 авианосцев.

Под командованием адмирала Одзавы была сосредоточена самая большая в истории японских ВМС сила: 9 авианосцев (441 самолет), 5 линкоров, 7 крейсеров и 23 эсминца. Кроме того, предполагалось, что действия 1-го Мобильного Флота должна была поддержать авиация с Марианских островов, которая, однако, к моменту начала операции практически перестала существовать.

Американские силы

58-е оперативное соединение превосходило противника в силах. Адмирал Митчер располагал 15 авианосцами (900 самолетов), 7 быстроходными линкорами (в их числе USS South Dakota, USS Indiana и USS Alabama), 21 крейсером, 67 эсминцами. Кроме общего превосходства американцев, было одно важное обстоятельство, увеличивавшее их шансы в предстоящей битве. Одзава упустил его из виду.

Дело в том, что за предшествующие дни американская авиация разгромила большинство аэродромов на Марианских островах и уничтожила там много самолетов, которые по плану японского командующего должны были принять участие в сражении. Только на Гуаме взлетные полосы остались нетронутыми.

Ход сражения

Тем временем Одзава поднял в воздух третью ударную волну из 47 самолетов. Часть из них не нашла противника и вернулась на свои авианосцы. Остальных (около 20 самолетов) опять перехватили американские истребители. Попаданий в корабли не было. Четвертую волну из 82 самолетов постигла та же участь.

К трем часам дня небо над американским соединением очистилось. Воздушного противника не стало. Но не было и сведений о японских кораблях. За все это время воздушная разведка 58-го соединения так и не смогла их обнаружить.

Однако авианосцы Одзавы давно уже были найдены и атакованы подводными лодками. Еще в 9:10 одна из них, USS Albacore (SS 218), выпустила шесть торпед в тяжелый авианосец IJN Taiho и добилась попадания. Цели могла достичь и вторая торпеда, но этому помешал доблестный пилот Саке Комацу. С воздуха он заметил идущую к родному кораблю торпеду и, ни секунды не колеблясь, спикировал и взорвал ее своим самолетом.

Отваги японцам хватало с избытком, но того мастерства, которым ранее заслуженно гордился императорский флот, уже не было. Поначалу ничто не предвещало катастрофы для IJN Taiho, но его судьба уже была предрешена. Неопытный командир аварийной партии запустил вентиляторы, чтобы продуть отсеки, заполнившиеся парами бензина из поврежденных танков.

Затем была сделана неумелая попытка откачать разлившееся котельное топливо, в качестве которого японцы использовали сырую нефть с Борнео, содержавшую много летучих фракций, которые испарялись не хуже бензина. В результате почти через семь часов после торпедирования в ангаре прогремел объемный взрыв. Стенки ангара выбило, бронированная полетная палуба была разворочена по всей длине, машинная вахта убита.

Через проломленное дно в корпус хлынула вода, и корабль сразу осел. Корабли прикрытия едва успели снять адмирала Одзаву со штабом и портретом императора, а также около 500 из 2150 человек экипажа. В 17:28 авианосец пошел ко дну, унося с собой три четверти экипажа, вместе с IJN Taiho пошли на дно 13 остававшихся на борту самолетов.

Даже потеряв два авианосца, Одзава не отказался от намерения продолжить битву. Однако в течение следующих суток его уже немногочисленная авиация не смогла найти американские корабли и снова нанести удар по ним. Наконец, 20 июня в 15.00 японский флот сам был обнаружен самолетами с USS Enterprise. Адмирал Митчер принял решение атаковать, несмотря на позднее время. Это означало, что возвращаться и садиться на палубы самолетам придется в темноте.

В результате проведенной атаки были потоплены авианосец Hiyō и два танкера. Многие корабли получили повреждения. Японцы лишились также 65 самолетов. На этот раз и у американцев были серьезные потери в авиации. Из 216 посланных в атаку самолетов 20 сбили японцы, а еще 80 разбились или затонули в ходе кошмарной ночной посадки на авианосцы.

Подсчитав потери, Одзава решил прекратить сражение. На палубах его авианосцев оставалось только 34 самолета. Все остальные были уничтожены. Крайне неохотно японский адмирал повернул уцелевшие корабли на север - к Окинаве и Японии. Недолгая погоня не принесла американцам успеха, и самая крупная битва на Тихом океане завершилась. Японские авианосцы больше никогда не атаковали по своей воле корабельные соединения флота США.

Их авиагруппы были перемолоты. Истребители и зенитные орудия американцев уничтожили около 400 палубных и 100 базовых самолетов противника, не считая гидропланов с линкоров и крейсеров. Стране Восходящего солнца оставалось только перейти к глухой обороне. Адмирал Одзава стремился столь упорно к продолжению боя, так как предполагал, что американские потери сравнимы с его собственными.

Он, возможно, прекратил бы сражение уже после двух-трех первых атак, если бы знал правду о мизерном ущербе противника при столь масштабном избиении японской авиации.

,

Запомните эти последние слова!

В октябре 1944 года, когда солдаты США в Европе прорывались в германский Аахен, занимая улицу за улицей, а противостоящие армии столкнулись с холодной зимой, когда завоевания оказались незначительными, пришло время для "Со-1" - обороны Филиппин. Тарава со своим кровавым рифом была страницей гордости союзников; и такими же были острова Гилберта, Маршалловы и Марианские острова, Новая Гвинея, Биак, Палау и Моротай.

Б-29 слетались на новые аэродромы на Гуаме, Сайпане и Тиниане, чтобы бомбить Японию; подводные лодки США охотились за грузовыми кораблями противника; американский флаг развевался над обрамленными пальмами островами, которые некогда были отдаленными оплотами императорской власти.

С 31 августа по 24 сентября быстрые авианосцы адмирала Уильяма Ф. Халси, поддерживаемые линейными кораблями, беспокоили японские базы от Минданао до Лусона, и 21 сентября, когда радио Манилы передавало "Музыку для вашего утреннего настроения" [а], пилоты морской авиации прочесывали Манильский залив. Добыча на всех островах в целом была крупной, сопротивление противника удивительно слабым, и адмирал Халси сообщил адмиралу Честеру У. Нимицу, главнокомандующему в области Тихого океана: "У наших надводных сил потерь нет, и ничего нет на экране, кроме Хеди Ламарра".

Слабая ответная реакция японцев привела к изменению стратегии американцев. Планируемый захват Япа и постепенное продвижение к Минданао на юге Филиппин, а затем на север были отменены; десантная атака на остров Лейте в центре Филиппин перенесена на два месяца и назначена на 20 октября 1944 года.

Она началась по плану. Великая армада из более чем 700 американских кораблей вошла в залив Лейте на рассвете 20 октября; в небе летал лишь одинокий японский самолет.

Первое сопротивление японцев оказалось слабым; крупная американская армада - величайшая в войне на Тихом океане, в которую входили 15 танкодесантных кораблей (LST), 58 транспортов, 221 танкодесантное плавучее средство (LCT), 79 пехотно - десантных плавучих средств (LCI) и сотни других судов, - могла напугать оборонявшихся.

К концу дня "А" плюс 2 - 21 октября - тысячи американских солдат были высажены на Лейте с малыми потерями, и лишь три военных корабля получили повреждения.

Через четыре часа после первой высадки в Лейте генерал Дуглас Макартур брел по воде к берегу; позднее полковник Карлос Ромуло, маленький филиппинец, который был вместе с ним, вынужден был с иронией заметить: "Высокому Макартуру вода достигала колен, а за ним шел маленький Ромуло, пытавшийся удержать голову над водой".

Выступая в здании сигнального корпуса на только что завоеванном берегу под дождливым небом, Макартур вспомнил кровавую эпическую поэму Батаана: "Это Голос Свободы, - сказал он. - Люди Филиппин, я вернулся... "

Легкий крейсер "Гонолулу" был первой потерей американцев. В день высадки японский торпедный самолет "пустил рыбу" в его левый борт. Взрывом разворотило дыру в борту "Гонолулу", в результате чего крейсер сильно накренился; погибло 60 человек, и первый из многих кораблей вышел из строя.

В 8:09 17 октября, всего через девять минут после того, как военный корабль США "Денвер" открыл огонь при освобождении Филиппинских островов, японские силы были переброшены на осуществление плана "Со-1". Адмирал Соему Тоёда, главнокомандующий японским объединенным флотом и "лидер утерянной надежды", о чем он не знал, получил последнюю возможность "разбить врага, который пользуется роскошью материальных благ". Из своей штаб - квартиры в военно - морском колледже близ Токио он направил приказ: "Завоевать" своим сильно разбросанным частям.

План "Со" был смелым и отчаянным, пригодным для последних месяцев империи, напрягшейся на пределе своих возможностей. Японский флот не оправился от своих общих потерь, в частности от тяжелого удара, который он пережил четырьмя месяцами раньше в сражении на Филиппинском море, когда адмирал Рэймонд У.

Спрюэнс, руководивший нашей высадкой на Марианских островах, разбил более 400 японских самолетов, потопил три японских авианосца и помог переломить хребет японской морской авиации [b]. В середине октября, когда Хасли в преддверии высадки в заливе Лейте нанес тяжелый удар по Формозе, Тоёда использовал свои самолеты наземного базирования и также бросил в бой своих новых, в спешке обученных пилотов авианосцев. Игра была проиграна.

Но "патология страха" и странная склонность японцев превращать поражения в победы в своих официальных сообщениях увеличили обычно и так слишком хвастливые притязания японских авиаторов. Токио объявил, что 3-й флот "перестал быть организованной ударной силой".

Вражеский самолет разбрасывал листовки над недавно захваченным Пелелиу:

БЕЗРАССУДНОМУ ЯНКИ - БОЛВАНУ

Ты знаешь о морском сражении, которое вел американский 58-й флот в море возле Тайваня [Формозы] и Филиппин? Могущественные воздушные силы Японии потопили 19 его авианосцев, 4 линкора, 10 различных крейсеров и эсминцев, а также отправили в море 1 261 корабельный самолет...

В действительности только два крейсера "Канберра" и "Хьюстон" получили повреждения, было потеряно менее 100 американских самолетов; когда великая армада приблизилась к заливу Лейте, японцам пришлось проститься.

Но что касается Тоёды, сражение в Филиппинском море и его тщетная игра при защите Формозы оставили японский флот беззащитным перед воздушными атаками. У Тоёды были авианосцы, но с малым числом самолетов и полуобученными пилотами [с]. "Со-1" поэтому должен был зависеть от скрытности и хитрости, от ночных операций и от того, какое будет обеспечено прикрытие с воздуха, главным образом самолетами наземного базирования с филиппинских баз, действующими в тесном взаимодействии с флотом.

Тоёда столкнулся с другой проблемой - флот был разделен большими расстояниями. Он осуществлял командование из своей штаб - квартиры над теоретически "объединенным флотом", но вице - адмирал Джисабуро Озава, флаг которого развевался на авианосце "Дзуйкаку" и который командовал повреженными авианосцами и несколькими крейсерами и эсминцами, базировался во Внутреннем море родных японских вод.

Ядро сильных флотских подразделений - 1-е диверсионно - наступательные силы вице - адмирала Такео Куриты из 7 линкоров, 13 крейсеров и 19 эсминцев - базировалось на стоянке Лингга возле Сингапура, близко к источникам топлива. Японский флот оказался разделенным перед лицом угрозы превосходящих военно - морских сил; он не мог быть собран до начала сражения.

Эти недостатки, а также географическое положение Филиппин определяли план противника, который был спешно пересмотрен в последний момент частично из - за слабости японской авиации на авианосцах. Два главных пролива - Сан - Бернардино, расположенный к северу от острова Самар, и Суригао, находящийся между Минданао и Динагатом и Лейте и Панайе - вели из Южно - Китайского моря в залив Лейте, где великая армада Макартура собралась для вторжения.

Японские корабли, базировавшиеся возле Сингапура - так называемые 1-е диверсионно - наступательные силы, - должны были плыть на север к Лейте с остановкой в Брунейском заливе Борнео для дозаправки. Там их предполагалось разделить.

Центральная группа под командованием вице - адмирала Такео Куриты на тяжелом крейсере "Атаго" с 5 линейными кораблями, 10 тяжелыми крейсерами, 2 легкими крейсерами и 15 эсминцами должна была пройти пролив Сан - Бернардино ночью; южная группа вице - адмирала Шодзи Нишимуры с двумя линкорами, одним тяжелым крейсером и четырьмя эсминцами должна была быть усилена в проливе Суригао вспомогательными силами еще из трех крейсеров и четырех эсминцев под командованием вице - адмирала Кийохидо Шимы, которые предполагали пройти через пролив Формоза с остановкой в Пескадоросе.

Все эти силы должны были нанести сильный удар по американской армаде в заливе Лейте почти одновременно на рассвете 21 октября и провести опустошение среди тонкостенных десантных кораблей, как ястребы среди кур.

Однако ключевыми в этой операции были ослабленные японские авианосцы под командованием вице - адмирала Джисабуро Озавы, действующие со своих баз во Внутреннем Японском море.

Эти корабли - один тяжелый и три легких авианосца со 116 самолетами на борту ("все, что осталось от когда - то мощных авианесущих сил противника") - должны были идти на юг к Лусону и действовать в качестве приманок или самоубийственных "вабиков" для крупного 3-го флота адмирала Халси, который "прикрывал" десантное вторжение на Лейте.

Северные отвлекающие силы сопровождали два "гермафродита" - линкора - авианосца "Изе" и "Хюга", на которых кормовые башни были заменены короткими взлетными палубами, но без самолетов, - и три крейсера и девять эсминцев. Озава должен был заманить 3-й флот Халси на север, подальше от Лейте, и открыть проход для Куриты и Нишимуры в залив Лейте.

В то же время всем трем группировкам предполагалось оказывать помощь не путем прямого прикрытия с воздуха, а интенсивными атаками японских самолетов наземного базирования на американские авианосцы и корабли. В последний момент было принято решение использовать японские специальные штурмовые группы, а летчики - камикадзе ("божественный ветер") начали свои самоубийственные атаки на американские корабли.

Уже 15 октября контр - адмирал Масабуми Арима, командир морской авиации, летящий с аэродрома на Филиппинах, совершил самоубийственное пикирование и "зажег запал пылких желаний своих солдат" [d]. Когда вице - адмирал Такидзиро Ониши 17 октября принял командование 1-м воздушным флотом, на всем Филиппинском архипелаге было всего лишь 100 действующих японских самолетов (впоследствии воздушный флот усилили).

Поблизости находилось, и адмирал Ониши знал это, по меньшей мере 20-30 американских авианосцев. Чтобы решить это уравнение, появились камикадзе. Адмирал Ониши объяснил задачу в обращении к командирам японской воздушной группировки на Филиппинах 19 октября: "Судьба империи зависит от этой операции ... Наши надводные силы уже продвигаются ... Задача 1-го воздушного флота заключается в обеспечении прикрытия с сухопутных баз продвижению адмирала Куриты....

Чтобы выполнить ее, мы должны поразить авианосцы противника и нейтрализовать их по крайней мере на одну неделю.

По моему мнению, существует лишь один способ обеспечить максимальную эффективность наших недостаточных сил, который заключается в том, что груженные бомбами истребители должны падать на палубы вражеских авианосцев.

Все эти далеко разбросанные силы находились под командованием адмирала Тоёды, который осуществлял свое руководство далеко в Токио.

Таков был отчаянный план "Со-1" - возможно, величайшей игры, самый смелый и необычный план в истории морских войн.

Он предусматривал использование практически всего, что осталось от действующих военно - морских сил Японии на море и в воздухе: 4 авианосца, 2 линкора - авианосца, 7 линкоров, 19 крейсеров, 33 эсминца и, вероятно, от 500 до 700 самолетов, большинство из которых базировались на суше.

Но противостоящие им американские силы были намного мощнее. Подобно японцам, у которых не было общего командира ближе Токио, флот США действовал под раздельным командованием. Генерал Макартур, как командующий на театре военных действий в юго - западной части Тихого океана, нес общую ответственность за операцию по высадке в Лейте и через адмирала Томаса Кинкайда командовал 7-м флотом, который непосредственно отвечал за десант.

Но мощные силы прикрытия крупнейшего в мире 3-го флота адмирала Халси не были под командованием Макартура; это была часть тихоокеанских сил адмирала Честера Нимица, а штаб - квартира Нимица находилась на Гавайях. А над Нимицем и Макартуром единственным оставалось объединенное командование в Вашингтоне.

Артиллерийскую мощь 7-го флота Кинкайда образовывали 6 старых линкоров, 5 из которых были подняты с ила Пёрл - Харбора. Но у Кинкайда было еще 16 авианосцев сопровождения (небольших малоскоростных судов, переделанных из торговых кораблей), 8 крейсеров и десятки эсминцев и их сопровождение: фрегаты, моторные торпедные катера и прочие суда. Кинкайд должен был обеспечить обстрел берега и тесную поддержку с воздуха сухопутной армии, а также защиту десантных сил от подводных лодок и самолетов.

Халси, который имел в своем подчинении 8 крупных атакующих авианосцев, 8 легких авианосцев, 6 быстроходных новых линкоров, 15 крейсеров и 58 эсминцев, получил приказ "прикрывать и поддерживать силы юго - западной части Тихого океана (под командованием Макартура), чтобы помочь захватить и оккупировать цели в центре Филиппин" [e]. Он должен был уничтожить морские и воздушные силы противника, которые угрожали высадке.

И "при возможности уничтожить большую часть вражеского флота, такое действие должно стать главной задачей". Он должен был оставаться подчиненным адмиралу Нимицу, но считал, что "необходимые меры по детальной координации операций между <...> и <...> будут организованы <...> командующими" [f].

Объединенные 3-й и 7-й флоты могли собрать от 1 000 до 1 400 корабельных самолетов, 32 авианосца, 12 линкоров, 23 крейсера и более 100 эсминцев и эсминцев сопровождения, а также большое количество малых кораблей и сотни вспомогательных судов. 7-й флот также имел несколько патрульных самолетов (летающих лодок) на плавучих базах [g]. Но не все эти силы участвовали в дальних воздушных атаках и трех крупных раздельных операциях, которые позже стали называть сражением за залив Лейте.

Такой была сцена, такими были актеры, и таким был сюжет самого драматичного и самого масштабного в истории морского сражения.

Он начинается первой кровью, которая досталась подводным лодкам.

На рассвете 23 октября американские подводные лодки "Дартер" и "Дейс", патрулировавшие проход Палаван, перехватывают адмирала Куриту. "Дартер" пускает пять торпед во флагманский корабль Куриты, тяжелый крейсер "Атаго", с расстояния менее 1 000 ярдов и наносит удар крейсеру "Такао". "Дейс" подбивает крейсер "Майя" четырьмя торпедами. "Атаго" тонет примерно через 20 минут, когда Курита переносит свой флаг на эсминец "Кишинани", а позже на линкор "Ямато". "Майя" взрывается и тонет через несколько минут; "Такао", горящий и низко сидящий в воде, посылают обратно на Бруней в сопровождении двух эсминцев.

Курита плывет дальше, потрясенный, но не сломленный, к проливу Сан - Бернардино.

24 октября

На борту линкора "Нью - Джерси", флагмане Быка Халси, когда солнце сжигает утреннюю дымку, самолеты готовятся к вылету. На авианосцах, качающихся на волнах, на взлетных палубах звучат команды: "Пилотам занять кабины".

В 6:00 3-й флот запускает поисковые самолеты, чтобы прочесать обширную область моря, охватывающую подходы к проливам Сан - Бернардино и Суригао.

Сообщения с подводных лодок "Дартер", "Дейс" и "Гитарро" встревожили американцев, но было уже поздно, чтобы остановить отряд крупнейшей оперативной группы 3-го флота - оперативной группы 381 под командованием вице - адмирала Джона Маккейна, которая получила приказы отойти на Улити для отдыха и пополнения припасов.

Три другие оперативные группы растянуты на 300 миль океана к востоку от Филиппин и Лусона в центре до Самара на юге; одну из них, находящуюся севернее, всю ночь преследовали надоедливые самолеты противника. Когда самолеты взлетают для осмотра испещренных рифами вод морей Сибиян и Сулу и подходов к Сан - Бернардино и Суригао, старые линкоры Кинкайда и малые авианосцы недалеко от Лейте поддерживают джи - ай на берегу.

В 7:46 лейтенант (младшего разряда) Макс Адамс, пролетающий в "Хеллдайвере" над величественными вулканическими утесами, поросшими пальмами, и поразительно голубым морем архипелага, сообщает о радиолокационном контакте, и через несколько минут он видит 1-е диверсионно - наступательные силы адмирала Куриты, которые усеивают живописное море, как игрушечные кораблики. В свете солнца отчетливо вырисовываются мачты.

Напряженность передается в радиорубку "Нью - Джерси", когда поступают сообщения о контакте. Рация передает сообщения: "Срочно", "Совершенно секретно" в Вашингтон, Нимицу, Кинкайду, всем командующим оперативными группами. Маккейна, который находится в 600 милях восточнее на пути к Улити, отзывают, а 3-му флоту отдается приказ собраться у Бернардино, чтобы наносить удары по противнику.

Но в 8:20, далеко к югу, впервые обнаруживают южную часть японских клещей. Вице - адмирал Нишимура с линкорами "Фузо" и "Ямаширо", тяжелым крейсером "Могами" и четырьмя эсминцами плывет к Суригао.

Поисковые самолеты "Энтерпрайза" атакуют, встречая тяжелый зенитный огонь; катапульта для запуска самолетов на "Фузо" выведена из строя, его самолеты разбиты, и на корабле начинается пожар; на эсминце "Шигуре" разбита орудийная башня, но Нишимура продолжает плыть на восток с прежней скоростью. А Халси продолжает собирать свой флот возле Сан - Бернардино, чтобы нанести удар по японским центральным силам.

К северу и северо - востоку утренний поиск не производился, и отвлекающие авианосцы Озавы, плывущие на юг к Лусону, еще не обнаружены.

План "Со" теперь подходит к своему драматическому заключению. Японские самолеты, летящие с авианосцев Озавы и филиппинских баз, начинают самую яростную после высадки атаку на 7-й и 3-й флоты. К северу от Лусона авианосцы "Лэнгли", "Принстон", "Эссекс" и "Лексингтон" испытывают на себе главные удары авиации японцев.

Восемь "Хеллкэтс" с "Эссекса", возглавляемые командующим Дэвидом Маккэмпбеллом, перехватывают 60 японских самолетов (половина из них истребители), и после схватки в течение 1 часа 35 минут американцы сбивают 24 японских самолета, а сами при этом потерь не несут. "Принстон" сообщает о гибели 34 самолетов противника, совершавших другой массированный налет; для летчиков "Лексингтона" и "Лэнгли" также нашлось дело; с воздуха от пилотов приходят ликующие "ату!": "в воду упал один "Бетти" и два "Зика".

Но и японцы наносят удары. Около 9:38, когда 3-й флот начинает стягиваться к Сан - Бернардино, а авианосцы готовятся поднять в воздух свой палубный груз, чтобы нанести удар по центральным силам противника, японский "Джуди" (пикирующий бомбардировщик или истребитель - бомбардировщик) пикирует из - за облаков, невидимый и незамеченный на экране радара.

Японский самолет сбрасывает 550-фунтовую бомбу прямо на взлетную палубу "Принстона"; бомба проникает на ангарную палубу, воспламеняет топливо в шести торпедных самолетах и вызывает сильный пожар. Начинается борьба за спасение корабля, но в 10:02 от серии взрывов взлетная палуба раскалывается, как корка упавшего арбуза, и выбрасывает самолетный подъемник высоко вверх, а к 10:20 выходит из строя система пожаротушения.

Корабль застывает на воде, а над ним на 1 000 футов вздымается столб дыма. Сотни людей команды оказываются в воде. Оперативная группа плывет на юг в Сан - Бернар - дино, а крейсеры "Бирмингем" и "Рено" и эсминцы "Гатлинг", "Ирвин" и "Кассин Янг" целый день вертятся вокруг подбитого "Принстона", пытаясь его спасти.

Но "Принстон" горит. Главные силы Куриты из пяти линкоров, сопровождаемых крейсерами и эсминцами, проходят сквозь строй.

Авианосец начинает наносить удары по 1-м диверсионно - атакующим силам около 10:25, а возбужденные американские летчики концентрируют свои действия на целях, которые никто из них никогда раньше не видел - крупнейших в мире линкорах. "Ямато" и "Мусаши", давние и загадочные цели морской разведки, оказались под крыльями морской авиации.

На фоне их грузоподъемности в 669 500 тонн, пушек калибра 18,1 дюйма, скорости 27,5 узла их "братья" кажутся карликами. "Мусаши" уже раньше получил повреждение; нефть оставляет след на синей воде, вытекая из разорванного борта, в который попала торпеда. Но он еще силен; скорость его не уменьшилась. Не так обстоят дела у "Миоко".

Этот тяжелый крейсер получил сильное повреждение во время первой атаки; его скорость упала до 15 узлов, он поворачивает и в одиночку плетется в порт; Курита потерял четыре из десяти тяжелых крейсеров, которые так красиво вышли из Брунея.

И "Миоко" не дают передышки. Через три минуты после полудня еще один удар приходится с солнечной стороны. Зенитные снаряды японцев расцветают в небе розовыми и пурпурными цветами; стреляют даже главные батареи линкоров. Несколько американских самолетов подбито; один падает, объятый пламенем; но в "Мусаши" попадают две бомбы и две торпеды; он теряет скорость и медленно отстает от строя.

Полтора часа спустя "Ямато" получает два заряда в переднюю башню № 1, начавшую стрелять. Однако ее толстое ограждение спасает от повреждений; пожар потушен. Но "Мусаши" сильно ранен; во время атаки в него попадает четыре бомбы и еще три торпеды; его верхние надстройки искорежены, нос почти находится в воде, скорость снижается сначала до 16, а затем до 12 узлов.

Медленная агония Куриты продолжается весь этот долгий солнечный день. Он напрасно надеется на воздушное прикрытие. "Ямато" получает новое повреждение во время четвертой атаки, и более старый линкор "Нагато" также подбит.

Днем, когда отбивает шесть склянок (в 15:00), Курита приказывает искалеченному "Мусаши" выйти из боя. Но уже поздно. Последняя, самая крупная атака настигает его, когда он тяжело разворачивается в надежде на спасение. Через 15 минут "Мусаши" получает смертельный удар - еще 10 бомб и четыре торпеды; его скорость снизилась до шести узлов, нос ушел в воду, и он медленно ползет в порт, как умирающий гладиатор.

Курита потрясен. У него нет прикрытия с воздуха. Он подвергся интенсивной атаке. Его первоначальные силы, включавшие в себя 5 линкоров, 12 крейсеров и 15 эсминцев, сократились до 4 линкоров, 8 крейсеров и 11 эсминцев; все оставшиеся военные корабли получили повреждения; скорость флотилии ограничена 22 узлами. Нет признака того, что северным отвлекающим силам Озавы удастся заманить противника и отвлечь 3-й флот от Сан - Бернардино.

В 15:30 Курита меняет курс и уходит на запад. Американские летчики сообщают об этом "отходе" адмиралу Халси, находящемуся на борту "Нью - Джерси": "В мозаике отсутствует одна часть - [японские] авианосцы".

Северная оперативная группа 3-го флота подверглась атаке самолетов противника, похожих на самолеты с авианосцев. Но возможно, что они базировались на суше, так как никаких сообщений об авианосцах союзник не получал. Где они?..

В 14:05, когда главные силы Куриты с трудом пробираются по морю Сибуян, самолеты "Лексингтон" взлетают, чтобы найти их. Им отдан приказ искать на севере и северо - востоке, в тех районах, которые не затронул утренний поиск.

Поисковые самолеты летят в испещренном тучами небе сквозь прекращающийся по временам дождь, оставляя за собой оперативную группу, которая подвергается яростным, хотя и не постоянным воздушным атакам японцев.

Горящий "Принстон", весь в огне и клубах дыма, еще держится на плаву, а вокруг него роятся спасательные корабли. Несмотря на разрывы и палящий жар, крейсеры "Бирмингем" и "Рено" и эсминцы "Моррисон", "Ирвин", "Кассин Янг" подходят к его борту и качают воду своими помпами на горящий авианосец. Подводные лодки и воздушные атаки прерывают операцию: спасательные корабли отходят.

В 15:23, когда Курита, находясь на расстоянии 300 миль, изменяет курс и направляется на запад в море Сибуян, крейсер "Бирмингем" вновь подходит к горящему левому борту "Принстона". Открытые палубы крейсера заполнены солдатами - пожарными, связистами, зенитчиками, врачами, спасателями, наблюдателями. Между "Принстоном" и "Бирмингемом" 50 футов открытой воды.

Внезапно "чудовищный взрыв" разрушает корму "Принстона" и заднюю часть взлетной палубы; стальные пластины "величиной с дом" летят по воздуху, изжеванные куски стали, разбитые орудийные стволы, осколки, каски, обломки сыпятся на мостик "Бирмингема". Его верхние надстройки и заполненные людьми палубы в доли секунды превращаются в склеп, истекая кровью, - 229 убитых, 420 изувеченных и раненых; верхняя часть корабля превращена в решето.

На борту "Принстона" все пожарные ранены. Капитан Джон Хоскинс, который вскоре должен принять командование "Принстоном", остается на его борту со шкипером, которому он помогал, затягивает жгут вокруг ноги: его левая ступня оторвана и висит на сухожилии и лоскутке мяса. Оставшийся в живых военный врач отрезает ему ступню скальпелем, прижигает рану сульфамидной пудрой, впрыскивает морфий... Хоскинс остается жив, он станет первым современным адмиралом с деревянной ногой.

Но "Принстон" продолжает оставаться на плаву. Он весь объят пламенем, как вулкан, а его палубы заполнены окровавленной командой.

В 16:40 дает результаты поиск на севере. Американские самолеты находят отвлекающие авианосные силы Озавы. Доклады о контакте с противником будоражат и вводят в смятение 3-й флот. Северная группировка кораблей Озавы, которая была обнаружена в 130 милях к востоку от северной оконечности Лусона, включает в себя два "гермафродита" - линкора, но наши летчики по ошибке сообщают о четырех. Летчики не знают, что на авианосцах Озавы почти нет самолетов.

Рапорты о контактах определяют судьбу "Принстона". Его уставшая пожарная команда прекращает работу, длившаяся целый день борьба заканчивается; и в 16:49 "Рено" пускает две торпеды по горящему корпусу, авианосец взрывается, разламывается на две части и тонет. Искалеченный "Бирмингем", который потерял людей больше, чем погибло их на "Принстоне", который он пытался спасти, выходит из боя и плывет со своими мертвыми и умирающими к Улити...

Двумя часами позже возле острова Сибуян гигантский "Масаши", гордость центральной группы Куриты, проигрывает свой долгий бой. Смертельно раненный, он медленно погружается в спокойное море, а ближе к вечеру крупнейший в мире линкор заваливается и забирает с собой в пучину половину своей команды. Но ни один американец не видит, как он гибнет... И ни один американец не видел, как Курита вновь изменил курс и в 17:14 вновь направился вместе со своими потрепанными, но еще мощными силами обратно в пролив Сан - Бернардино...

В 19:50, с наступлением тропических сумерек, Бык Халси принимает решение и информирует об этом командующего 7-м флотом Кинкайда:

"Центральным силам нанесен тяжелый урон. Я иду на север с тремя группами, чтобы атаковать авианосцы на рассвете".

Третий флот собирается и тяжело идет на север; непочтительные историки позже назовут это "рывком Быка". Ночные самолеты с "Индепенденс" летают над северными силами японцев, а на авианосцы поступают приказы запустить самолеты на рассвете [h]. Пролив Сан - Бернардино не прикрыт; в его водах нет даже дозорных подводных лодок [i]. Кинкайд и 7-й флот, защищающий высадку на Лейте, считают, что его перекрывает Халси;

Халси же, который слишком доверяет преувеличенным докладам своих летчиков о понесенных противником потерях [j], думает, что силы Куриты остановлены дневными воздушными атаками и оставшиеся в живых ослабленные японцы могут идти лишь к Кинкайду. На таком непонимании основан ход истории и судьба наций [к].

Под прикрытием суши темнеет пролив Суригао. С утра не было обнаружено северных сил японцев; даже их точный состав неизвестен. Но Кинкайд и 7-й флот не сомневаются: японцы попытаются пробиться ночью. Кинкайд и контрадмирал Джесс Б. Ольдендорф, его офицер тактического командования, определили диспозицию ночного морского сражения. Они образовали "комитет по приему", включая торпедные катера, которые в проливе прикрывали южные подходы, три эскадры эсминцев возле центра и в устье, где пролив врывается в залив Лейте, шесть старых линкоров и восемь авианосцев.

В эту ловушку южные силы японцев попадают двумя группами по отдельности. Нишимура с линкорами "Фузо" и "Ямаширо", крейсером "Могами" и четырьмя эсминцами возглавляет шествие. В 20 милях за Нишимурой идет вице - адмирал Шима с тремя крейсерами и четырьмя эсминцами с внутренних японских баз. Две японские группировки нападают урывками и несогласованно, один не знает точно о планах другого.

Шима и Нишимура были сокурсниками в Японской военно - морской академии; их карьера породила соперничество. Нишимура, который раньше был старше по рангу, был обойден при продвижениях, осуществляемых Шимой, который теперь командует меньшими силами, но на шесть месяцев раньше получил звание. Но Нишимура, морской адмирал, видел войну больше. Ни один из них не может служить с другим. Поэтому нет общего командования.

Радары на торпедных катерах засекают противника около 23:00, когда "вспышка зарницы заставляет потускнеть расплывшееся пятно садящейся луны, а в горах эхом разносится гром".

Тридцать девять торпедных катеров с приглушенными моторами направляются к Нишимуре и атакуют последовательными ударами идущего вперед противника. Но японцы открывают счет первыми. Вражеские эсминцы освещают маленькие катера РТ своими прожекторами задолго до того, как торпедные катера подошли на расстояние атаки; в результате попадания начинает гореть РТ-152; всплеск от попавшего рядом снаряда тушит пожар; РТ-130 и РТ-132 также подбиты. Но Нишимура обнаружен. О его курсе, скорости и составе сообщают флотилии Кинкайда, и атаки РТ продолжаются.

На борту эсминца "Реми", флагманского корабля 54-й истребительной эскадры, командир Р.П. Фиала подходит к рупору, чтобы поговорить с командой:

"Говорит капитан. Сегодня ночью было решено, что наш корабль нанесет первый торпедный удар по японским оперативным силам, которые стоят на нашем пути, чтобы остановить нас и не дать высадиться в районе залива Лейте. Наша задача - предупредить японцев. Да будет с нами Бог в эту ночь".

Эсминцы атакуют с обеих сторон узкого пролива; их силуэты сливаются с сушей; японцы едва могут различить темные очертания корабля на фоне земли; экран радара покрывается зерном, и светящиеся на нем точки сливаются в сплошное пятно.

Стоит глубокая ночь, когда в 3:01 25 октября первые торпеды, выпущенные эсминцами, мчатся через пролив. Менее чем за полчаса Нишимура получает тяжелые удары. Его медленно идущий, кренящийся флагман линкор "Ямаширо" подбит. Эсминец "Ямагуто" потоплен; два других потеряли управление. Нишимура отдает свою последнюю команду: "По нам нанесли торпедный удар. Вы должны держаться и атаковать все корабли".

Линкор "Фузо", крейсер "Могами", эсминец "Шигуре" идут к заливу Лейте.

Но около 4:00 на "Ямаширо" вспыхивает огонь и затем возникает пламя: еще одна американская торпеда попадает в склад боеприпасов. Линкор раскалывается на две части и тонет вместе с флагманом Нишимуры.

"Фузо" не надолго переживает своего "брата". Поднявшись из грязи Пёрл - Харбора, мстители ждут - шесть старых линкоров патрулируют устье пролива. Это мечта адмирала. Как Того при Цусиме и Желлико в Ютландии, Кинкайд и Олдендорф ставят точку над i: оставшиеся японские корабли идут одним тяжелым строем на колонну американских кораблей под прямым углом. Сконцентрированные бортовые залпы шести линкоров ведутся по ведущему японскому кораблю, и только его передние башни могут оказывать американцам сопротивление.

Кульминация сражения. Когда последняя и самая мощная атака эсминцев достигает цели после команды: "Достаньте этих больших парней", ночь окрашивается малиновым цветом.

"Фузо" и "Могами" горят и трясутся, когда по ним стучит "дождь из снарядов". "Фузо" беспомощно дрейфует, пораженный мощными взрывами и окруженный покровом ярости. Он погибает перед рассветом, а "Могами" в огне умирает позже вместе с другими калеками. Только эсминцу "Шигуре" удается скрыться на скорости 30 узлов.

В эту безумную мясорубку с умирающими остатками флота его сокурсника вплывает вице - адмирал Шима - "тяжелый, глупый и счастливый". Он ничего не знает о том, что произошло; у него нет четкого плана сражения. "Абукума", единственный легкий линкор Шимы, подбит торпедой, выпущенной с торпедного катера еще до того, как он проник далеко в пролив; "Абукума" остается позади, замедляя скорость, а два тяжелых крейсера и четыре эсминца плывут дальше в направлении орудийных вспышек на горизонте. Около 4:00 Шима встречает эсминец "Шигуре", единственный выживший из флота Нишимуры и отходящий по проливу.

"Шигуре" ничего не сообщает Шиме о разгроме; он просто сигнализирует: "Я "Шигуре". У меня проблемы с управлением".

Дальше происходит комический спад представления. Шима идет в пролив, видит группу темных теней, пускает торпеды и умудряется затеять схватку между своим флагманом "Начи" и подбитым и горящим "Могами", который на фоне темной воды пролива похож на Эмпайр - Стейт - Билдинг. И это конец для бесполезного Шимы; благоразумие - лучшая часть доблести; о смерти за императора забыто; и Шима меняет курс, направляясь обратно в море Минданао, в тень истории.

Сражение в проливе Суригао заканчивается на рассвете разгромом японцев. У американцев погибает один торпедный катер, поврежден один эсминец. Южная часть клещей у залива Лейте уничтожена.

25 октября

К этому дню более 114 000 солдат и почти 200 000 тонн грузов было доставлено на берега Лейте, и большая часть величайшего десантного флота очистила залив. Но когда начинается день сражения, там на якоре стоят еще более 50 тонкостенных "Либертис", танкодесантных плавучих средств и десантных судов.

Рассвет 25 октября застает адмирала Озаву с его приманивающими силами [m] восточнее мыса Энгано (испанское слово "энгано" означает "приманку" или "обман"). Они готовы погибнуть за императора. В 7:12, когда первые американские самолеты появляются с юго - восточной стороны, Озава знает, что ему, по крайней мере, удалась отвлекающая миссия.

Накануне он временами был в отчаянии: более 100 самолетов его авианосцев - все, что у него было, если не считать небольшое количество патрульных самолетов, - присоединились к японским самолетам наземного базирования и совершали атаки на северную оперативную группу Халси. Но его самолеты не вернулись; одни были подбиты, другие улетели на филиппинские базы.

В этот день менее 30 самолетов - знаковые остатки некогда великого летающего флота Японии - это все, чем командует Озава. Некоторые из них в воздухе. Они быстро погибнут под огнем американских пушек, когда начнутся первые тяжелые атаки с авианосцев Халси.

Летчики с американских авианосцев в этот день находятся на поле боя; воздух заполнен треском переговоров между пилотами.

"Одного сбил, парни. Пусть они получат".

Японская группировка выбрасывает в небо ковер защитного огня; разноцветные разрывы и трассирующие снаряды окрашивают границы сражения в небе и на море. Корабли крутятся и вертятся, совершая замысловатые маневры, чтобы уйти от бомб и торпед, но пришло их время. Около 8:30 около 150 американских самолетов с авианосцев наносят удар.

Подбит авианосец "Чиёда", смертельно раненный авианосец "Читозе", испуская клубы дыма, останавливается, получив тяжелый крен; торпедированный легкий крейсер "Тама" идет назад; эсминец "Акицуки" подорван, легкий авианосец "Цуихо" подбит, а флагманский корабль Озавы "Цуйкаку" получил в корму торпеду, которая искорежила рулевой мотор - он управляется вручную.

Сражение в филиппинском море

Второй удар в 10:00 калечит "Чиёду", который умирает медленной смертью. С ним позднее покончат американские надводные корабли. Ранним днем третий удар топит авианосец "Цуйкаку", последний из оставшихся со времени атаки японцев на Пёрл - Харбор. Он медленно кружится и тонет с "боевым флагом огромных размеров". В 15:27 авианосец "Цуихо" "следует за ним".

Линкоры - "гермафродиты" с взлетными палубами на корме - "Хиуга" и "Изе", "самые жирные из оставшейся добычи", - подвергаются постоянному обстрелу, их днища пробиты, палубы залиты тоннами воды от близких разрывов. Левая катапульта "Изе" выведена из строя. Но они продолжают жить. Адмирал Озава, перенесший флаг на крейсер "Оедо" и выполнивший свою "отвлекающую миссию", пробивается на север со своими искалеченными в битве у мыса Энгано кораблями.

Весь день он подвергается нескончаемым воздушным атакам, и к концу дня и ночью 25 октября американские крейсеры и эсминцы 3-го флота кончают с калеками.

"Цена успеха отвлекающих сил адмирала Озавы высока: все четыре авианосца, один из трех крейсеров и два из восьми эсминцев потеряны. Но он выполнил свою задачу: отвлек Халси, пролив Сан - Бернардино остался без охраны, а ястреб Курита оказался среди цыплят".

У побережья Самара в то утро 25 октября море на рассвете было спокойным, дул легкий ветер, небо покрыто кучевыми облаками, на воду падают капли дождя. На борту 16 авианосцев сопровождения 7-го флота и сопровождающих их "малышей" (эсминцы и их сопровождение) дан отбой утренней тревоге. Предыдущие задачи отменены (хотя не для поисковых самолетов в северных секторах). Многие самолеты авианосцев уже над Лейте поддерживают сухопутные силы, действуют боевые воздушные и противолодочные патрули, а на мостике авианосца "Фаншо - Бэй" адмирал Спрейг выпивает вторую чашку кофе.

Наступающий день заполнен работой; маленькие авианосцы сопровождения получили задание оказывать поддержку и летят к солдатам на берегу залива Лейте. Они также должны оказывать поддержку противовоздушной обороне и противолодочным патрулям и наносить удар по подбитым и убегающим остаткам японских сил, разбитых в ночном сражении в проливе Суригао. Группы авианосного сопровождения расходятся от восточного побережья Филиппин: от Минданао до Самара.

Северная группировка Спрейга из шести авианосцев, трех эсминцев и четырех кораблей сопровождения авианосцев плывет на север со скоростью 15 узлов в 50 милях от Самара напротив центральной части побережья острова.

Авианосцы сопровождения, обозначаемые в ВМС CVE, обиты жестью, без брони. Это медленные корабли, переделанные из торговых или танкеров, и на них находится от 18 до 36 самолетов. У них много нелестных прозвищ - "маленькие аэродромы", "консервные банки", "перевозчики джипов", а новобранцам, впервые взошедшим на борт, старослужащие рассказывали, что CVE расшифровывается как Combustible, Vulnerable, Eхpendable ("горящие, уязвимые, одноразовые").

Их максимальная скорость в 18 узлов слишком мала, чтобы обеспечить безопасность в бою; тонкие борта и пушки калибром 5 и менее дюймов не годятся для ведения надводного боя; это корабли с ограниченными возможностями, предназначенные для воздушной поддержки сухопутных операций, действий против подводных лодок и противовоздушной обороны, но не в составе флота.

Однако в это утро им придется вести бои в сражении новобранцев и гигантов.

Едва адмирал Спрейг успел допить свой кофе, по межкорабельной связи приходит сообщение о сражении с противником. Пилот группы обнаружения подводных лодок сообщает, что вражеские линкоры, крейсеры и эсминцы находятся в 20 милях и быстро приближаются.

"Проверьте эту информацию", - говорит адмирал, считая, что какой - то неопытный пилот принял по ошибке быстрые линкоры Халси за корабли противника.

Ответ резкий, с явным раздражением. "Сообщение подтверждается, - доходит раздраженный голос пилота. - На кораблях пагодообразные мачты".

Почти одновременно радисты слышат переговоры японцев; северная группировка CVE видит зенитные разрывы в небе к северу; на экранах радаров появляются точки неопознанных кораблей; а около 7:00 сигнальщик с длинной подзорной трубой обнаруживает многоярусные надстройки и пагодообразные мачты японских кораблей.

Чувствуется недоверие, удивление и испуг. Авианосцы сопровождения, сам адмирал Кинкайд, фактически большая часть 7-го флота, были уверены, что главные силы японцев все еще находятся западнее Филиппин и что в любом случае быстроходные линкоры Халси (находящиеся сейчас далеко к северу, где авианосцы ведут сражение у мыса Энгано) охраняют пролив Сан - Бернардино. Но Курита пришел.

И почти все, что находится между ним и транспортными судами, грузовыми кораблями, десантными судами в заливе Лейте, штабом сухопутной армии и складами снабжения на берегу, - это "маленькие аэродромы" и сопровождающие их "малыши".

Нет времени разрабатывать планы; за пять минут визуального наблюдения японские тяжелые снаряды из орудий калибра 18,1 дюйма с "Ямато", корабля того же типа, что и ушедший на дно "Мусаши", начинают свистеть над головой. Спрейг, отдающий приказы через радиорупор, поворачивает свои корабли на восток против ветра, максимально увеличивает скорость, отдает приказы поднять в воздух все самолеты.

К 7:05 авианосец сопровождения "Уайт - Плэйнс", запускающий самолеты, получает несколько ударов, когда красные, желтые, зеленые и синие струи воды от снарядов с красителями вздымаются над его мостиком, сильно раскачивая корабль. Они повреждают машинное отделение по правому борту, размыкают прерыватели электрической цепи, срывают истребитель с башмаков и бросают его на взлетную палубу.

"Уайт - Плэйнс" дымит, и японцы переносят огонь на "Сент - Ло", который страдает от близких разрывов и несет людские потери от осколков. "Малыши" тоже дымят, а авианосцы, котлы которых задыхаются от напряжения, пускают из труб клубы черного маслянистого дыма, который затягивает море. Наступает момент передышки; самолеты - в воздухе. Большинство их вооружены небольшими или противопехотными бомбами, бомбами общего назначения или глубинными, которые не годятся для сражения против бронированных кораблей. Но для перевооружения нет времени...

По радиосвязи звучит сигнал тревоги. Спрейг радирует об опасности на обычном языке в 7:01; в 7:07 адмирал Кинкайд на борту флагманского корабля "Уосатч" в заливе Лейте узнает о самом худшем, что произошло: японский флот - в трех часах хода от берегового плацдарма; маленькие авианосцы сопровождения могут быть разбиты.

Пятью минутами раньше Кинкайд узнал, что его предположение о том, что пробка 3-го флота забита в горлышко бутылки пролива Сан - Бернардино, было неверным. В ответ на переданный в 4:12 по рации запрос Халси сообщает ему, что оперативные силы-34 - современные быстрые линкоры - находятся вместе с авианосцами 3-го флота у берегов мыса Энгано, далеко к северу.

Кинкайд "срочно и без промедления" просит помощи быстроходных линкоров, ударов с воздуха, немедленного действия. Даже адмирал Нимиц на далеких Гавайях отправляет сообщение Халси: "Где оперативные силы-34 - это интересует всех".

Но в заливе Лейте и в проливе Суригао набат тревоги, передаваемый по радиоволнам, приводит в действие 7-й флот, уставший от нескольких дней обстрелов и ночей сражения [o].

Некоторые старые линкоры и крейсеры отзываются из пролива Суригао. Из них формируют оперативное подразделение, и они лихорадочно готовятся к вооружению и дозаправке. Тяжелые корабли находятся не в очень хорошей форме для ведения надводного боя; у них не хватает вооружения после пятидневного обстрела берега. Некоторая часть бронебойных снарядов была израсходована в ночном сражении. У эсминцев недостаточно торпед, у многих кораблей мало топлива [р].

А в сражении близ Самара Спрейг бьется за свою жизнь.

В течение 20 минут, когда маленькие авианосцы плывут на восток и пускают в воздух самолеты, расстояние до противника сократилось до 25 000 ярдов. Это на руку крупным дальнобойным орудиям японцев, но расстояние слишком велико, чтобы американские пятидюймовки могли вести эффективный огонь.

Эсминец "Джонстон" под командованием командора Эрнеста Эванса понимает свой долг и выполняет его. Предвосхищая приказы (которые были отданы адмиралом Спрейгом в 7:16), он увеличивает скорость почти до 30 узлов и выпускает десяток торпед по тяжелому крейсеру противника "Кумано", который находится на фланге авианосцев. Эсминец выпускает дым и огонь, а его пятидюймовые пушки непрерывно стреляют, когда расстояние до противника сокращается.

Он избегает ударов, а затем поворачивает, чтобы отойти. Залп трех 14-дюймовых орудий вслед за шестидюймовыми снарядами пробивает эсминец. Капитан ранен, рулевой мотор, задний орудийный отсек и машинное отделение повреждены, выбиты кормовые орудия и гирокомпас. Разрывы настигают многих членов команды и заставляют эсминец снизить скорость до 16 узлов.

Спрейг и его авианосцы, наполовину закрытые дымом, находят временное убежище за стеной дождя; водная завеса спасает на некоторое время раненый "Джонстон". Но задолго до 8:00 Курита отправил несколько своих быстрых кораблей вперед и на фланги авианосцев сопровождения; постепенно Спрейг поворачивает к югу, противник давит на оба его фланга и сзади.

"Малым кораблям провести торпедную атаку", - отдает приказ Спрейг по сети межкорабельной связи.

Эсминцы "Хеерманн" и "Хоэл" и подбитый "Джонстон" уже с израсходованным запасом торпед, но еще со стреляющими орудиями, следуют приказу. Три эсминца в дневной атаке против тяжело вооруженных кораблей японского флота, три корабля с жестяными бортами против четырех линкоров, восьми крейсеров и одиннадцати эсминцев.

"Дружище" командор Амос Т. Хатауэй, шкипер "Хеерманна" хладнокровно говорит своему палубному офицеру: "Что нам надо - так это горниста для звукового сопровождения".

"Хоэл" и "Хеерманн" вслед за плетущимся "Джонстоном" плывут к своему морскому бессмертию.

В шквале дождя, покрытые черным маслянистым дымом труб и белым химическим дымом дымогенераторов, пятятся назад эсминцы, чтобы избежать столкновений. Они слышат, как сверху, словно шум железнодорожного экспресса, раздается грохот 14-дюймовых орудий; эсминцы ведут огонь по тяжелому крейсеру, калечат верхнюю надстройку линкора своими пятидюймовыми снарядами, выпускают последние торпеды на расстоянии 4 400 ярдов. Затем Хатауэй на "Хеерманне" спокойно заходит в свою рубку, вызывает адмирала Спрейга по межкорабельной связи и сообщает: "Упражнение закончено".

Но эсминцам приходит конец. У "Хоэла" вышел из строя правый двигатель, он управляется вручную, его палубы представляют собой ужасную сцену крови и разрушений. Контроль за ведением огня и электропитание выведены из строя. Орудие № 3 покрыто белым горячим паром из разбитых паровых труб, № 5 заклинило от близкого разрыва, половину ствола № 4 оторвало, а орудия № 1 и № 2 продолжают вести огонь.

К 8:30 выходит из строя левый двигатель, все инженерные помещения затоплены. Корабль снижает ход и останавливается, и его, горящего, решетят вражеские орудия. В 8:40 при 20-градусном крене поступает приказ: "Покинуть корабль". Через 15 минут он заваливается на правый борт и тонет носом вперед, получив еще несколько пробоин от крупнокалиберных снарядов.

На "Хеерманне" малиновая краска вражеских снарядов смешивается с кровью и окрашивает мостик и надстройки в красноватые тона. Снаряд попадает в холодильник и разбрызгивает бурую массу по палубе. "Хеерманн" принимает удары, но, несмотря на огонь, продолжает жить.

Не так обстоят дела у "Джонстона". Он до самого конца отплевывается огнем, окруженный фактически всем японским флотом. Его забивает лавина снарядов, и он тонет через час после "Хоэла".

Четыре маленьких и более медленных эсминца проводят вторую торпедную атаку. "Рэймонд" и "Джон Батлер" остались целы. У "Денниса" выбило пушки. Но "Сэмюэль Б. Робертс", весь в дыму, окруженный всплесками разрывов, погибает в сумасшедшей схватке. В него попадает много крупных бронебойных снарядов, скорость его падает и к 9:00 залп 14-дюймовых орудий, как консервный нож, вскрывает его правый борт, корежит машинное отделение, вызывает сильный пожар. "Робертс" от носа до кормы выглядит как "инертная масса искореженного металла". У него не осталось сил, и он без движения застывает на воде.

Но расчет орудия № 2 заряжает, досылает, целится и стреляет в ручном режиме. Он знает, чем рискует: без сжатого воздуха для очистки ствола от горящих остатков предыдущего снаряда мягкие пороховые мешки могут "подгореть" и взорваться до того, как будет закрыт затвор. Но, несмотря на опасность, выпускают шесть снарядов. Седьмой "подгорает" и убивает почти весь расчет. Но артиллерийский капитан Поль Генри Карр, у которого тело разорвано от шеи до паха, еще держит 54-фунтовый снаряд в руках, а его последними прерывающимися словами перед смертью были слова с просьбой помочь зарядить орудие.

Дым заволакивает небо, стучит дождь. Торпедные атаки не спасают медленные, неуклюжие, маленькие авианосцы. Курита направил свои корабли в сторону открытого моря. Медленно бои перемещаются с юга на юго - запад. Авианосцы Спрейга, растянутые на мили океанского пространства, плывут, раненые, в залив Лейте, а вражеские эсминцы подходят близко к их левому флангу: линкоры - сзади, а крейсеры - впереди.

Авианосцы увертываются и идут между столбами воды высотой в 150 футов, которые вздымаются от разрывов крупнокалиберных японских снарядов. Они дают залпы из пятидюймовых пушек. В "Фаншоу - Бэй" попадает пять снарядов и один восьмидюймовый разрывается рядом, повреждая катапульту и пробивая корпус. Начинается пожар.

В "Калинин - Бэй" попадает 15 снарядов. "Уайт - Плэйнс" изрешечен от кормы до носа; большинство огромных бронебойных снарядов проходит насквозь через небронированные авианосцы и не разрывается. "Гэмбиер - Бэй", незащищенный с подветренной стороны, где дымовая завеса его не скрывает, получает удар по взлетной палубе. Рядом взрывается еще один снаряд, который выводит из строя машину.

Скорость его снижается до 11 узлов, прерывается электроснабжение - он обречен. В течение часа, далеко от поля боя, "Гэмбиер - Бэй" погибает в агонии, получая от противника каждую минуту по снаряду. Он тонет около 9:00. Пламя вспыхивает при взрывах топлива, а японский крейсер все еще преследует его, находясь от корабля всего лишь в 2 000 ярдах.

К 9:30 сражение все больше приближается к заливу Лейте, где ведутся неистовые приготовления. Оно захватывает северную группу авианосцев сопровождения; центральная группа находится под огнем, а 16 малых авианосцев уже потеряли 105 самолетов.

Наблюдатели считали, что поражение двух групп - лишь "вопрос времени".

Два эсминца, эсминец сопровождения и авианосец потоплены или тонут; два авианосца, один эсминец и корабль сопровождения получили сильные повреждения.

На борту "Киткан - Бэй" офицер саркастически отмечает: "Осталось немного, парни. Мы втягиваем их в досягаемость наших 40-миллиметровок".

Внезапно в 9:11 вице - адмирал Курита выходит из боя, поворачивает корабли на север и завершает надводную фазу сражения у Самара.

"Черт возьми, - говорит моряк. - Они ушли".

Действия Куриты, неожиданные для того момента, имели, хотя и не полное, оправдание. Атаки американских "малышей", которые стали одним из самых волнующих эпизодов в длинной истории морской войны, и отчаянная отвага летчиков авианосцев сопровождения, наносивших импровизированные и нескоординированные воздушные атаки, возымели свое действие.

У побережья Самара американские летчики с авианосцев CVE постоянно надоедали Курите, сбили более 100 самолетов противника, базировавшихся на суше, сбросили 191 тонну бомб и 83 торпеды. Корабли противника поворачивали и совершали отчаянные маневры, чтобы избежать попадания торпед. Эффективная дымовая завеса смутила японцев.

Интенсивность и эффективность воздушных атак нарастала, когда взлетали самолеты с авианосцев сопровождения центральной и южной группировок и когда изменили задачу самолетов поддержки сухопутных сил и перебросили на новое срочное задание. Летчики храбро атаковали японские корабли, сбрасывали глубинные и противопехотные бомбы, жужжали над японскими мачтами без боеприпасов и без оружия, чтобы выиграть время и отогнать японцев.

Торпедные атаки надводных кораблей и самолетов нанесли урон японским кораблям; и флот Куриты, состоящий из кораблей, имеющих различную скорость, растянулся на мили океанского пространства. Торпедированный крейсер "Кумано" сбавляет скорость до 16 узлов, крейсеры "Чикума" и "Чокай" подбиты, палубные надстройки, штурманские рубки и оборудование связи на других кораблях повреждены пятидюймовыми корабельными снарядами и огнем с воздуха.

Японцы потрясены. Курита, который потерял тесный тактический контроль над командованием, не осознал свою близость к победе. Он посчитал, что столкнулся с несколькими крупными быстроходными авианосцами 3-го флота, а не с авианосцами сопровождения 7-го флота. Радиоперехват американских сообщений убеждает его, хотя это не так, что взлетные полосы Лейте действуют [q]. Он считает, что остальные мощные силы Халси где - то рядом.

Курита знает, что южная часть клещей Нишимуры разбита в проливе Суригао. Он не получил ни одного сообщения от Озавы, который был намного севернее, об успехах его отвлекающей миссии. Поэтому Курита отзывает свои корабли и собирает разбросанные силы - и шанс упущен.

Адмирал Спрейг отмечает (в рапорте после сражения) в благодарном замешательстве: "То, что противник... не уничтожил полностью все суда оперативного подразделения, произошло благодаря эффективности нашей дымовой завесы, нашим торпедным контратакам и, частично, Всемогущему Богу".

Результаты

Решение Куриты сопровождалось усилением американских атак. Находясь лишь в двух часах хода от мест десантных высадок в заливе Лейте, что было его первоначальной целью, Курита потерял время, собирая свои разбросанные силы и оказывая помощь подбитым кораблям. Его флот долго стоял почти на одном месте.

Крейсер "Судзуйя" получил смертельные повреждения после воздушной атаки, и в 10:30, в двух - трех часах полета восточнее, оперативная группа-38,1 адмирала Маккейна (которая была отправлена на Улити для отдыха и дозаправки, а затем спешно отозвана и поспешила на помощь) нанесла сильный удар. Колокол звонил по Курите, а японское солнце прошло зенит.

А далеко к северу Бык Халси, нанося удары по отвлекающим силам Озавы, наконец был встревожен неистовыми призывами Кинкайда о помощи и, в частности, запросом от Нимица. Большая часть его флота переменила курс, находясь в 40 милях от решительных надводных действий, и Халси отпустил несколько своих быстроходных линкоров на юг, но было уже поздно, и они не могли вмешаться.

Остаток дня 25 октября и весь день 26-го был тяжелым. Остатки японцев бежали, но японские самолеты наземного базирования наносили сильные удары. Самолеты японских камикадзе атаковали и подбивали авианосцы сопротивления, повредили три из них и разбили корму у "Сен - Ло", выжившего после стрельбы 18,1-дюймовых пушек "Ямато". Но Курита, который так близко подошел к славе, дорого заплатил за роскошь быть нерешительным.

По нему вновь и вновь наносились воздушные атаки днем 25 октября. Три его подбитых и горящих крейсера пришлось затопить. "Тоне", один из двух оставшихся тяжелых крейсеров, получил попадание в корму; и ночью 25 октября, когда Курита вел свои побитые суда через пролив Сан - Бернардино, американские надводные силы поймали и потопили эсминец "Новаки". В полночь 25 октября лишь один из кораблей Куриты - эсминец - остался невредимым.


26 октября продолжалась медленная гибель кораблей Куриты. Летчики Халси и Кинкайда при поддержке нескольких бомбардировщиков сухопутной армии, совершали нападения на отходящих японцев. А 1-е диверсионно - атакующие силы, "которые вынесли больше воздушных атак, чем какие - либо другие силы в морской истории, вновь приготовились к окончательной катастрофе".

Эсминец "Ноширо" был потоплен. "Ямато" с гигантскими, но бесполезными 18,1-дюймовыми орудиями подбит дважды, а его надпалубные сооружения изрешечены осколками. С другими "калеками" сражения у Самара и битвы в проливе Суригао, включая крейсер "Абукума" и эсминец "Хаяшимо", было покончено. И еще оставался строй американских подводных лодок.


План великой игры "Со" полностью провалился. В растянувшемся морском сражении в заливе Лейте Япония потеряла один тяжелый и три легких авианосца, три линкора, включая два крупнейших в мире военных корабля, два тяжелых крейсера, четыре легких крейсера и 12 эсминцев. Большинство оставшихся кораблей были в разной степени повреждены. Сотни самолетов сбиты. Погибло от 7 475 до 10 000 японских моряков. Японские военно - морские силы прекратили свое существование как боевой флот. Залив Лейте стал для противника ударом, от которого он так никогда и не оправился.

Однако для Соединенных Штатов, которые могли выиграть игру, это не было полной победой. Разделенное командование, неспособность "определить зоны ответственности" и неточные предположения Кинкайда и Халси стали пагубными для наших малых авианосцев и привели к побегу Куриты вместе с его оставшимися кораблями, включая 4 линкора, и Озавы с 10 из 17 кораблей, которые были у него вначале.

Адмирал Халси побежал на север, оставив позади 7-й флот, силу, не соответствующую по своей мощности и скорости задаче разбить Куриту, а затем, когда он был готов разбить Озаву, развернулся и устремился на юг в ответ на призывы Кинкайда о срочной помощи [s]. Японская приманка сработала, но план "Со", который главным образом зависел от хорошей связи, быстрой координации действий и смелого лидерства, пришел к полному и губительному провалу.

Для Соединенных Штатов победа обошлась в 2 803 жизни; они потеряли несколько сотен самолетов, один легкий крейсер, два авианосца сопровождения и "малышей", которые помогли изменить направление сражения, - эсминцы "Джонстон" и "Хоэл" и эсминец сопровождения "Сэмюэль Б. Робертс". Они сражались "хорошо обученными командами, воодушевленно, в соответствии с лучшими традициями военно - морских сил".

Анализ

Сражение в заливе Лейте всегда будет источником противоречий (сравнимых, но конечно же не таких горьких) с разногласиями Сэмпсона и Шлея после испано - американской войны или между Желлико и Битти после Ютландии. Адмирал Халси и адмирал Кинкайд считали, что их суждения были справедливыми. Каждый из них считал, что другой мог и должен был прикрыть пролив Сан - Бернардино [t].

Залив Лейте показал, какое значение имеет связь для одержания победы. Ее плохое качество сделало невозможным координацию действий японцев и, следовательно, обеспечить им успех. Курита, например, не получал сообщения Озавы. Но и в силах США было получено слишком много сообщений, неверно построенных, которые сделали возможным неожиданное появление Куриты перед легкими авианосцами Спрейга.

24 октября, когда 3-й флот проводил воздушные атаки на силы Куриты, который в то время находился в море Сибуян, Халси отправил "подготовительную депешу" [u] высшим командирам 3-го флота, назвав четыре из шести быстроходных линкоров с подразделениями поддержки в качестве оперативной силы-34. Эта оперативная группа должна была отсоединиться от главного флота и использоваться в качестве линии надводного сражения против надводных японских кораблей при определенном развитии событий.

Халси не сформировал такие силы; он просто проинформировал командиров о том, что это был "план сражения", который следует исполнять в случае отдельного распоряжения. Однако Кинкайд, Нимиц и вице - адмирал Марк Митшер перехватили это послание, хотя оно не было направлено ни одному из них, и позже, во время сражения, частично благодаря последующим указаниям, все они неправильно его истолковали.

Когда поздно вечером 24 октября Халси принял решение идти на север со всем своим флотом и атаковать Озаву, он сообщил Кинкайду, что "продвигается на север тремя группами". Кинкайд, перехвативший более раннее сообщение об оперативных силах-34, думал, что Халси взял свои три группы авианосцев на север и оставил четыре из шести быстроходных линкоров охранять пролив Сан - Бернардино. Но Кинкайд, занятый подготовкой к ночным действиям в проливе Суригао, не спросил Халси до 4:12 25 октября: охраняют ли оперативные силы-34 пролив Сан - Бернардино?

Он не получал от Халси отрицательного ответа до тех пор, пока Курита не набросился из утреннего тумана на удивленного Спрейга.

Если бы Кинкайд попытался прояснить ситуацию раньше, если бы не перехватил сообщение об оперативных силах-34, или Халси сообщил бы ему, что он "продвигается на север со всеми своими силами" вместо "продвигается на север тремя группами", неожиданности не произошло бы [v].

Был еще один фактор, который повлиял на неожиданное появление Куриты. Кинкайд не послал ни одного поискового самолета на юг от пролива Сан - Бернардино вдоль побережья Самара в ночь на 25 октября и утром 25 октября. Не было сообщений от самолета ночного поиска PBY ("Черного кота"), а утренний не начинался до того времени, пока на горизонте не появились мачты Куриты. Флот Халси также посылал ночных "ищеек", и в сообщении одного из них, которое получил 3-й флот ночью 24 октября, говорилось, что Курита вновь повернул на восток в сторону Сан - Бернар - дино.

Однако остается фактом: между 3-м и 7-м флотами не было хорошего понимания относительно Сан - Бернардино. "Координация", которую требовали приказы адмирала Халси, оказалась плохой, и он сам написал (в материалах Военно - морского института США ), что бои в заливе Лейте "говорят о необходимости одного военно - морского командования в районе боевых действий, которое отвечало бы за все задействованные боевые части и за полное управление ими [w].

Разделение оперативного управления в области боевых действий ведет, по крайней мере, к непониманию, недостатку согласованности и перенасыщению связи (ошибка американцев, которую часто отмечали во время сражения) и может привести к катастрофе".

В отчете 3-го флота после сражения 25 января 1945 года указаны соображения адмирала Халси, по которым он увел все свои силы на север, клюнув на приманку Озавы: "У адмирала Кинкайда было преимущество в положении и силе, чтобы справиться с северными (японскими) силами.

Главные силы могли идти через пролив Сан - Бернардино к заливу Лейте, однако тщательно оцененные сообщения о сильных повреждениях противника убедили командующего 3-м флотом в том, что даже если бы главные силы вышли из пролива Сан - Бернардино, их боевая эффективность была бы не настолько велика, чтобы выиграть бой у Лейте (7-й флот). Северные силы [Озавы] были мощными, опасными, неповрежденными и пока свободными в своих действиях.

Командующий 3-м флотом решил а) ударить по Озаве внезапно и всеми силами, б) держать все их вместе и с) доверять предположению о безнадежно ослабленном состоянии главных сил - предположению, которое подразумевало неспособность японцев справиться с CVA и остальной мелочью, стоявшей рядом с ними и останавливавшей их на пути".

Положение адмирала Кинкайда, каким оно отмечено в отчете о сражении, очевидно, не согласуется со следующим выводом адмирала: "Следует помнить о задачах сил".

"Ключ к сражению в заливе Лейте кроется в задачах двух флотов, - пишет Кинкайд. - Их следует отчетливо понимать. Задача 7-го флота заключалась в высадке и поддержке сил вторжения. Я был командующим главных филиппинских наступательных сил. Наша работа заключалась в высадке солдат и поддержке их на берегу. Корабли были вооружены соответствующим образом, и у них оставалось мало бронебойных снарядов [х]. На CVE были противопехотные бомбы вместо торпед и тяжелых бомб. Мы оказались не подготовлены для морского боя...

Единственное, как я думаю, можно было бы сделать по - другому. Если бы я знал, что Курита определенно шел через Сан - Бернардино, не встречая сопротивления, передвигая северную группу CVE дальше на юг, я бы создал ударный отряд из авианосцев сопротивления, чтобы искать его на рассвете.

Ошибки, допущенные во время сражения, не следует относить к недостаткам планов. Все они оказались ошибками умозаключений, а не организации. Две сопредельные области - центральная Тихого океана и юго - западная Тихого океана - представляли собой сложную проблему командования, но один ум не исправил бы положения".


В ретроспективе кажется очевидным, что: 1) Сан - Бернардино следовало бы тщательно патрулировать 7-м флотом, силами Халси или и тем и другим; 2) что Халси был "выманен" на север и пролив стал открытым для Куриты; 3) что нерешительность и неэффективность действий Куриты и смелые действия авианосцев сопровождения по задержке противника не дали японским главным силам пройти в залив Лейте;

4) что только задержка, а не поражение стало бы результатом успешного обстрела силами Куриты берегового плацдарма Лейте и входа в залив Лейте. Адмирал Халси мертв, и суждения легко делать теперь, обладая информацией, которой не было в то время. Но кажется вероятным, что три основных соображения привели к решению забрать весь флот на север, когда он узнал, что были обнаружены авианосцы Озавы.

Концентрация силы - древний принцип войны; каждого командира учили с молодых лет, что опасно делить их перед встречей с врагом.

Во - первых, Халси, должно быть, знал, что на этом этапе войны в Тихом океане один 3-й флот Соединенных Штатов (даже без сил Кинкайда) имел преимущество над японскими главными и северными силами и мог легко позволить разделить свой флот, чтобы встретить угрозу японцев с разных сторон. Но принципы, которым когда - то учили, трудно нарушать.

Во - вторых, Халси был адмиралом воздушно - морских сил и одним из самых удачливых во время Второй мировой войны. Он лучше других верил в то, что японские авианосцы, наиболее страшные и опасные корабли, - это верная цель для его флота. Он знал, что у главных сил Куриты нет авианосцев; судя по его собственным словам, он не знал, что на авианосцах Озавы было слишком мало самолетов.

В - третьих, приказы Халси, которые он хорошо умел формулировать, ставили главной его целью, при возможности, уничтожить большую часть японского флота. Эта фраза, как отмечает Морисон, контрастирует с иными приказами о других крупных десантных высадках в районе Тихого океана. Подобная ситуация, с которой столкнулся Халси, сложилась во время высадки на Марианских островах, когда адмирал Рэймонд Спрюэнс был атакован самолетами с японских авианосцев.

Тогда их уничтожили в так называемой "марианской стрельбе по индейкам", но Спрюэнс, который прервал свою главную миссию прикрытия десантного вторжения, боролся с соблазном отвести свой флот от островов и погнаться за японским.

Халси, имеющий иной темперамент и, в отличие от Спрюэнса, бывший адмиралом авиации, не мог устоять перед открывшейся возможностью, тем более этого требовали приказы. Халси был агрессивным, с налетом традиций Нельсона, и имел большое желание руководить. Его Южно - Тихоокеанская кампания носила оттенок величия. Но он не обладал холодной расчетливостью и тщательностью Спрюэнса.

Спрюэнс же не обладал качествами динамичного и яркого лидера Халси и не был известен ни военно - морским силам, ни общественности. Но, судя по действиям, это - великий боевой адмирал. Как написал адмирал Роберт Б. Карни, "каждый был по - своему замечательным человеком".

Если бы Курита дошел до залива Лейте, ввиду предшествующего поражения в проливе Суригао, маловероятно, что он мог бы достичь решающего успеха. Большинство десантных кораблей шли без груза. Он столкнулся бы с шестью американскими линкорами, на каждом из которых было по 13-24 бронебойных снаряда на орудие, и без собственной сильной воздушной поддержки он постоянно подвергался бы нападениям американских самолетов.

Потери военно - морских сил обеих сторон оказались бы, вероятно, более тяжелыми. Курита, например, обнаружил бы, что пролив Сан - Бернардино охраняют линкоры Халси, если бы он отложил смену курса еще часа на два. Но он не смог бы уничтожить береговой плацдарм или перерезать пуповину морских перевозок.

Как отметил Халси в примечаниях к этой главе, стремительные японские силы, часть которых фактически не встречала сопротивления, постоянно обстреливали береговой плацдарм США на Гуадалканале и иногда наши грузовые суда, однако американцы держались там, несмотря на превосходство в то время японцев на море, а иногда и в воздухе. В заливе Лейте японцы допустили много ошибок, и было маловероятно, что их план "Со" увенчается успехом.

После поражения в проливе Суригао лучшее, на что мог надеяться Курита, - это потопить много американских кораблей и отсрочить завоевание Лейте.

Несмотря на ошибки и первоначальные преувеличенные сообщения наших летчиков о потерях противника, сражение в заливе Лейте несомненно является крупной победой американцев.

Но японцы, у которых был шанс в этой игре хотя бы продлить войну, нанеся значительные потери американцам, сами внесли вклад в свое решающее поражение, не справившись со связью (z), не обеспечив достаточного воздушного прикрытия, не согласовав характер воздушных и надводных операций. У них была удивительная неспособность рассчитывать время действий, неверные суждения и нерешительность, а порой и глупость трех из четырех основных командиров.

Только адмирал Озава справился со своей задачей.

Японцы хотели осуществить один из самых сложных планов в истории морских сражений - план, требовавший отличной согласованности и связи и жертвенной храбрости. Он был слишком сложен, смело задуман, но бездарно исполнен.

Везение, как и суждение, очевидно, сыграло важную роль в сражении. Но удача, как оказывается, сопутствует хорошим командирам. Японцы упустили свой шанс, оставив свою главную цель - тонкостенные десантные корабли в заливе Лейте - в разгар сражения, тем самым нарушив важный военный принцип.

А американские 3-й и 7-й флоты, как передал по рации на Гавайи и в Вашингтон адмирал Халси, перебили хребет японскому флоту, "оказывая поддержку нашим солдатам, высаживавшимся на Лейте".

Лейте стал великолепной прощальной речью линкора и, вероятно, последним морским сражением, в котором главную роль играл корабль, вооруженный крупными орудиями.

Сражение обрекло японцев на дальнейшее поражение и стало последней главой истории войны на Тихом океане.

Похожие статьи

Интересные факты о десяти казнях египетскихИнтересные факты о десяти казнях египетскихКувер Кокс Ка́зни еги́петские - десять наказаний Божиих, постигших Египет за отказ фараона отпустить народ Израиля из египетского пленения.Истории о солдатской смекалке во время великой отечественной, вариант 2Истории о солдатской смекалке во время великой отечественной, вариант 2Детские фабрики нацистов На фото ниже показан обряд крещения маленького ребёнка , который был "выведен" путём арийской селекции .Положение "о военно-врачебной экспертизе": документы Подготовка врачей по военно врачебной экспертизеПоложение "о военно-врачебной экспертизе": документы Подготовка врачей по военно врачебной экспертизеПоложение "о военно-врачебной экспертизе": документы Подготовка врачей по военно врачебной экспертизе. Справка Проект постановления подготовПодготовка документов для регистрации товарного знакаПодготовка документов для регистрации товарного знакаНо прежде, чем Роспатент посредством ФИПС выдаст Свидетельство, гарантирующее целый ряд преференций, нужно выполнить специальный перечень трКлассификация оптовых торговцев и посредниковКлассификация оптовых торговцев и посредниковКлассификация оптовых торговцев и посредников: оптовики-купцы, брокеры, агенты, дистрибьюторы и дилеры. Таблица сравнения и советы по выборуУстановка лицензии криптопро из личного кабинета сбисУстановка лицензии криптопро из личного кабинета сбисООО "С-Нова", Вера Колмакова, бухгалтер Сегодня я была на семинаре с представителями ФСС и специалистом по Трудовым вопросам.